Она перебрала вещи осторожно, одну за другой. Ничего нового. Ничего, что не видела раньше. Но сон тянул за рукав. Не то, что он прячет. То, что она не успела отдать.
Что мама могла не успеть отдать? Документы? Флешку? Ключ? Запись? И где бы она спрятала вещь так, чтобы ее не нашел Виктор Сергеевич, но однажды могла найти дочь?
Телефон завибрировал.
Дамир.
“Грановский нашел старую выписку по фонду вашей матери. Пока без выводов. Я вернусь после трех. Не отвечайте Лебедеву, если он выйдет на связь до моего приезда”.
Ася прочитала и сразу ощутила знакомое раздражение. Не отвечайте. Опять. Приказ. Забота, но в форме приказа. Она набрала: “Не командуйте”. Стерла. Написала: “Это рекомендация или приказ?” Тоже стерла. Потом отправила: “Я могу сама решать, кому отвечать”.
Ответ пришел почти сразу.
“Можете. Поэтому я прошу, а не блокирую ваш номер”.
Она смотрела на сообщение и не хотела улыбаться. Но улыбнулась.
Следом пришло второе:
“Если хотите формально: рекомендую не отвечать до нашего разговора. Если хотите неформально: ваш отец сейчас, скорее всего, будет пытаться вернуть контроль через страх. Дайте ему подождать”.
Ася напечатала: “Вот так лучше”.
Он ответил:
“Учусь”.
Она положила телефон рядом со шкатулкой и вдруг поняла, что именно так теперь выглядит их союз: сообщения, в которых приказ превращается в просьбу, просьба — в тактику, тактика — в странное, осторожное уважение. Не любовь. Не доверие до конца. Но уже не одиночество.
Через полчаса Дамир прислал файл.
Не фотографию, не скан, а короткую выдержку, очевидно, подготовленную Грановским. Ася открыла ее на ноутбуке, и первое, что бросилось в глаза, было название: “Фонд социального развития “Северное сердце”. Исполнительный комитет. Финансово-проектная группа”.
Ниже — список фамилий.
Елена Андреевна Лебедева.
Не попечитель. Не почетный участник. Не жена бизнесмена. Не лицо благотворительной части.
Координатор финансово-проектной группы.
Ася несколько секунд просто смотрела на строку. Слова расплывались, потом снова собирались. Координатор финансово-проектной группы. Не просто фонд. Не просто выставки, дети, благотворительные вечера и красивые отчеты. Финансово-проектная группа. Мама работала с деньгами. С документами. С проектом. С тем самым севером, вокруг которого теперь собирались все угрозы.
Внизу файла было примечание Грановского: “Данные найдены в старой регистрационной карточке фонда за период до реорганизации. После смерти Е.А. Лебедевой ее должность в публичных материалах была изменена на “координатор гуманитарных программ”. Нужно проверить, кто и когда внес правки”.