Я заметил, что шуршание пера по бумаге прекратилось, и встретился взглядом с Тойфлишем.
— Мы всё ещё не уверены, были ли корни тем самым бедствием… но именно они пожрали в городе всё живое.
По лицу Лиша было видно, что эта простая догадка тревожит его не меньше, чем меня.
В конце концов, даже демоны испытывают страх, сталкиваясь с чем-то, что лежит так далеко за гранью понимания и разума.
***
Запись в журнале: отчёт о вскрытии — Объект № [закрашено], Ползучий Ужас.
[Большая часть заметок это довольно базовые наблюдения: попытки различить разные ткани в сегментах корней (какие несли питательные вещества, какие – воду). Примитивные опыты под очень простым микроскопом, который Альберт собрал сам, не дали результатов.]
…подытоживая, я в растерянности и не знаю, как правильно изучать биологическое устройство этого существа. Мой микроскоп недостаточно силён, чтобы разглядеть что-то внутри клеток; увеличения едва хватает, чтобы различить сами клетки.
И всё же, даже по моим скромным познаниям в биологии я могу сказать, как неестественно то, что ткани не подверглись разложению или распаду. Они просто перестали быть оживлены внутренней магией и, судя по виду, скорее находятся в спячке, чем мертвы. Ни признаков гниения, ни попыток со стороны микроорганизмов их поглотить – иначе мной были бы замечены повреждения под микроскопом.
Это поразительно странно. Существо явно органическое, а не из застывшей маны, но эти каналы магии внутри, то, как по ним течёт энергия, если направить крошечный импульс с помощью шаблонов для изучения ядер… Я словно смотрю на тело монстра, обладающего ядром.
Чем больше я изучаю корни, тем меньше я их понимаю.
А возможные следствия из увиденного пугают меня. [Этот фрагмент закрашен так, словно его зачёркивали много раз.]
Больше научных наблюдений на данный момент я сделать не могу; прочие соображения на эту тему занесу в мой дневник.
Ниже следует запись из дневника
…к концу дня мы нашли четыре гримуара, сохранившихся в надёжно зачарованной шкатулке. Впрочем, в остальной части комнаты, некогда бывшей библиотекой, ничего больше не нашлось. Корни, судя по характеру их роста, поглотили даже свитки, проломив футляры, в которых те хранились. Мы видели тонкие, разветвлённые корешки, расползшиеся словно паутина по полкам; сейчас они все были окаменевшими.
К слову, здесь я впервые увидел заклинания, записанные на свитках. Просто поразительно, насколько способ записи самих шаблонов заклинаний похож на тот, которым мы пользуемся сейчас.
В остальном наши находки представляли собой преимущественно украшения и обломки металла. Большинство этих так называемых «сокровищ» успели хотя бы немного заржаветь – знак того, что какое‑то время в воздухе присутствовала влага.