И Ася впервые увидела её не только мерзкой.
Жалкой.
Это не отменяло ничего.
Но добавляло новую боль к старой.
— Где сейчас Милана? — спросила Ася.
— Предположительно дома у Лебедевых. Связаться напрямую не советую.
— Я и не собираюсь.
— Хорошо. Дамир Сергеевич уже знает?
Ася посмотрела на чат.
Пока она говорила со Ставицкой, пришло сообщение от него:
“Ты видела слив?”
Она ответила:
“Да. Ставицкая на линии. Похоже, Кравцов использовал Милану”.
Ответ:
“Да. И это может быть не главный удар”.
Ася нахмурилась.
— Анна Романовна, Дамир пишет, что это может быть не главный удар.
— Согласна.
— Почему?
— Слив слишком шумный. Когда Кравцов действует тонко, он не любит шума без цели. Сейчас шум может прикрывать другое действие.
Ася почувствовала холод.
Другое действие.
Её мысли сразу метнулись к диктофону матери. Но диктофон был у Надежды Павловны, под защитой. Потом к Грановскому. К Дамиру. К Вере.
Вера.
Милана могла знать о ней. Вера была связана с Климовым. Вера хранила часть данных и контактов. Если Милана пыталась доказать полезность Кравцову, она могла отдать не просто сведения о копиях. Она могла отдать адрес мастерской.
Ася резко встала.
— Вера.
Ставицкая замолчала на секунду.
— Я звоню ей, — сказала она.
Ася уже набирала Дамира.
Он ответил сразу.
— Вера, — сказала она вместо приветствия.
— Еду к ней.
— Ты знаешь?
— Она не отвечает. Грановский тоже не может дозвониться. Последнее сообщение от неё было утром: “Проверю мастерскую и поеду к источнику по Климову”. Потом тишина.
— Милана могла дать адрес.
— Да.
Ася сжала телефон.
— Я еду.
— Нет.
Слово вылетело у него резко, старой привычкой.
И они оба замолчали.
Даже через телефон пауза была слышна.
Дамир первым исправился:
— Не одна. Не сейчас. Это не запрет. Это просьба. Если поедешь, только со Ставицкой и охраной. И лучше не к мастерской — туда уже еду я и Артем. Тебе безопаснее оставаться на связи с Грановским.
— Я не хочу быть в стороне.
— Знаю. Но если они взяли Веру, они могут ждать вторую реакцию. Мою. Или твою. Или обе.
Он говорил быстро, но держал себя. Не приказывал. Объяснял. На грани, но объяснял.
Ася закрыла глаза на секунду.
— Держи меня в курсе.
— Да.
— Не скрывай, если что-то найдёшь.
— Не скрою.
— Дамир.
— Да?
— Если это из-за информации Миланы…
— Это из-за Кравцова, — сказал он жёстко. — Милана открыла дверь. Кравцов вошёл. Не путай исполнителя собственной глупости с человеком, который превратил её в оружие.
Ася не ответила.
Потому что это было верно.
И потому что всё равно Милана открыла дверь.
Через двадцать минут Дамир прислал первое сообщение:
“Мастерская вскрыта. Следы борьбы. Веры нет”.