Действовать нужно уже сейчас.
А значит — полагаться лишь на собственные силы.
Что я могу противопоставить деве Вишин?
— Заходи, не стой на пороге! — звонко потребовала Кийше. Служанка распахнула двери и присела, приветствуя нас. — Закуски уже готовы, выпьем на ночь чаю, поговорим. А ты иди, сынок, отдохни с дороги.
Иньшен склонил голову, хотя видеть его матушка не могла. Приказ старшей, даже высказанный ласковым тоном, обязателен к исполнению немедленно.
— Оставляю ее на вас, — отозвался наг, развернулся и степенно удалился.
Я шагнула внутрь, как в логово зверя.
Чего ожидать от наложницы шивона?
Поддержит ли она меня на самом деле, по просьбе сына, или же решит, что такая обуза ее семье ни к чему, и предпочтет избавиться — на благо всем? Отношения с шивоном у нее и так напряженные. Зачем ей осложнения из-за чужачки?
Госпожа Кийше возлежала на подушках у окна.
Ночной ветер теребил тонкие занавеси, позванивал бисерными нитями под потолком и тревожил огоньки многочисленных свечей. Казалось, она ожидает не меня, а возлюбленного.
Но взгляд, цепкий и холодный вместо разнеженно-томного, выдавал ее настроение.
— Садись, — коротко скомандовала госпожа Кийше.
Поколебавшись, я повиновалась.
Дурного она мне не сделала ничего, а помочь может.
— Ешь, не отравлено, — кивнула наложница на многочисленные блюда, выставленные на непривычно низком столе.
Почти на полу. Сама взяла лишь гроздь винограда и принялась задумчиво отщипывать ягодки по одной.
Я неловко придвинулась ближе на подушках, оглядела приборы. Никаких палочек, длинная двузубая вилка и ложки. Похожие видела в тавернах по дороге, непривычно, но не страшно.
Справлюсь.
Куда сильнее этикета меня беспокоил возможный яд в еде.
Иньшен поклялся, что на меня теперь мало что может воздействовать. А травить меня сразу же после того, как сын попросил обо мне позаботиться, госпоже Кийше не позволит честь. По крайней мере, я на это сильно надеюсь.
Каша с фруктами оказалась сладкой и рассыпчатой, запеченное мясо — пикантным и сочным, а молодая зелень, завернутая в лепешку, приятно освежала.
Я и не заметила, как смела почти все, что было на столе. После дороги, когда приходилось питаться не пойми чем и как, изысканные блюда оказались настоящим бальзамом для души и желудка. Даже страх перед будущим немного отступил, приглушенный долгожданной сытостью и умиротворением.
Именно этот момент выбрала госпожа Кийше, чтобы заговорить:
— Поживешь пока у меня. Отдельные покои тебе могу предоставить в любой момент, но у тебя ни служанок своих, ни охраны. Легкая добыча.