Человеческого.
По мне.
По семье.
По тому, чего у нас могло бы быть.
— Я каждый день думаю, как это могло бы быть, — прошептал он.
Я сглотнула.
— И я.
Тишина стала живой.
Опасной.
Он встал первым.
Подошёл.
Остановился рядом.
Так близко, что я почувствовала тепло его тела, знакомый запах и то, как предательски у меня слабеют колени.
— Ева.
— Не надо.
— Я ничего не делаю.
— Уже делаешь.
Он медленно наклонился.
Не касаясь.
Просто оказался слишком близко.
— Я всё ещё люблю тебя, — сказал он мне в губы.
У меня потемнело в глазах.
— Артём…
— И, кажется, всегда буду.
Я должна была отвернуться.
Оттолкнуть.
Напомнить про суд, про боль, про Леру, про всё.
Но вместо этого только закрыла глаза.
И он меня поцеловал.
Глава 69
Это был не поцелуй примирения.
Не “давай начнём заново”.
Не красивая точка в длинной драме.
Это был срыв.
Чистый, взрослый, страшный срыв двух людей, которые слишком долго держали руки по швам, пока между ними полыхал открытый огонь.
Он поцеловал меня медленно.
Как будто и сам не верил, что наконец позволил себе это.
А я замерла только на одну секунду.
Потом ответила.
Господи.
Как я ответила.
Всем телом.
Всем голодом.
Всем тем, что копилось месяцами.
Моя кружка звякнула о стол. Его ладонь легла на мой затылок — знакомо, властно, осторожно и всё равно до дрожи. Я схватилась за его свитер так сильно, что, наверное, растянула ткань.
Это было безумие.
Неправильно.
Горько.
Сладко.
И так по-живому, что у меня подогнулись ноги.
Он поймал меня за талию, прижал к себе крепче и тихо выдохнул мне в рот что-то похожее на проклятие.
— Чёрт… Ева…
Я сама не понимала, плачу или задыхаюсь.
Потому что в этом поцелуе было всё: наш брак, наш развод, мой страх, его голод, сын, суд, Лера, колики, ночи, в которые я думала о нём, и месяцы, когда он жил без меня.
Когда он отстранился, мы оба дышали так, будто только что выбежали из пожара.
Я посмотрела на него.
На его губы.
На потемневшие глаза.
На мужчину, которого я никогда не переставала любить.
И именно это вернуло меня в ужас.
— Нет, — выдохнула я.
Он не понял сразу.
— Что?
— Нет. Нет. Нет!
Я оттолкнула его так резко, что он действительно сделал шаг назад.
— Ева…
— Ты не имеешь права! — почти выкрикнула я, хотя шёпотом вышло ещё страшнее. — Не имеешь! Не после всего этого!
— Ты ответила мне.
— Это ничего не значит!
Он смотрел прямо. Очень прямо.
— Не ври хотя бы сейчас.
Я затрясла головой.
— Это ошибка.
— Может быть. Но обоюдная.
— Нет. Нет. Это просто… — у меня срывался голос. — Это просто память тела. Понимаешь? Просто привычка. Просто слабость. Просто…
— Просто любовь.
— Не смей.
— Почему? Ты сама знаешь, что это она.