В тот вечер я заперлась в кабинке и несколько минут просто стояла, вцепившись в раковину.
Что я делаю?
Что он делает?
Это же неправильно. Невозможно. Он старше, он мой руководитель, он из другого мира, у него наверняка десятки женщин, которые умеют держаться уверенно, красиво, взросло. А я рядом с ним то краснею, то злюсь, то чуть не убегаю в уборную, как школьница.
Но проблема была не в том, что я выгляжу глупо.
Проблема была в другом.
Мне нравилось.
Нравилось, что он смотрит именно так.
Нравилось, что не давит, но и не отступает.
Нравилось, что рядом с ним я чувствую себя увиденной.
Это и было самым опасным.
Через два дня он пригласил меня на объект.
— Зачем? — спросила я, когда Вика передала мне эту новость с лицом человека, который уже мысленно пишет сплетни в общий чат.
— Потому что ваш фасад оказался лучшим, — ответила за него Вика. — А ещё потому что, кажется, начальство хочет окончательно тебя добить.
Я закатила глаза.
— Прекрати.
— Не могу. Это интереснее сериалов.
Объект был за городом, в сосновом посёлке. Мы ехали вместе с инженером, сметчиком и Артёмом. Я сидела сзади и пыталась сосредоточиться на рабочих документах, а не на том, как красиво его руки лежат на руле. Потому что да, он вёл сам.
На площадке было холодно, сыро и грязно. Март только делал вид, что стал весной. Я натянула каску, застегнула куртку и пошла за всеми, прыгая через лужи. Артём несколько раз придержал меня за локоть на скользких досках, и каждый раз от этого простого касания у меня внутри вспыхивал маленький пожар.
— Осторожнее, — сказал он, когда я едва не поскользнулась на мокром щебне.
— Я осторожна.
— Нет.
— Это уже становится вашей любимой фразой.
— Потому что вы упрямо идёте мимо очевидного.
— Например?
— Например, мимо того, что иногда нужно принимать помощь.
Я остановилась.
Он тоже.
Люди ушли чуть вперёд, и мы на несколько секунд остались почти вдвоём между серыми бетонными стенами будущего дома.
— А вы всегда так помогаете? — спросила я тихо. — Всем?
Вопрос вырвался сам. Глупый. Слишком личный.
Но обратно было уже не вернуть.
Он смотрел на меня так, что воздух между нами становился горячим, несмотря на ледяной ветер.
— Нет, Ева, — сказал он низко. — Не всем.
И я поняла: пропала.
Глава 7
После поездки на объект я перестала быть для себя безопасной.
Раньше всё было хотя бы формально: начальник, практика, редкие личные разговоры, случайные ужины, натянутая искра, которую ещё можно было назвать воображением. Но после его “не всем” отступать стало почти невозможно. Потому что это уже было не только в моей голове.