Только в самом конце я немного оступаюсь. И целая охапка щупальцев, разбрасывая комья земли, взлетает вверх. Она едва не цепляет мою штанину, но Йог успевает дёрнуть меня в сторону.
— Порядок, — говорит Петрович, — А теперь, упражнение на меткость…
И трикстеры начинают швыряться камнями и кусками кирпича. Я тоже участвую — главное попасть в едва заметные бугорки!
Скоро по всему скверу чешуйчатыми змеями клубятся щупальца жуков .
Больше мы не задерживаемся. Уходим в кварталы целых, будто нетронутых Зоной «хрущовок».
Петрович скороговоркой объясняет диспозицию:
— Срежем километра четыре! Вон за теми высотками — опять выйдем на Тропу… Оттуда до окраины — рукой подать!
И мы идём.
Идём — без потерь и почти без приключений.
Минуем осиное гнездо . По сваленному дереву проходим над воронкой, проползаем под жёлтым облаком…
Гибельные ловушки, о которых мне не раз говорили, стоят мне лишь ссадин и ободранных коленок. Даже по Тропе мы никогда не двигались так быстро!
Но когда впереди оказывается абсолютно чистый и безопасный двор, Петрович вдруг начинает сомневаться.
Чешет щетинистый подбородок и командует:
— Берём левее!
— Левее — Большая Мясорубка , — сухо напоминает Йог, — Как раз за вон тем кварталом…
Повисает молчание.
Отец тяжело вздыхает.
А я озираюсь и тоже угадываю знакомые места. Те самые, где я не был четыре года… Ведь налево — не только Мясорубка , там ещё и отцовский институт.
Наверняка, ему хотелось бы снова заглянуть в пятиэтажное здание с антеннами излучателей на крыше… Но такая экскурсия будет дорого стоить. И, разумеется, он бы ни за что меня туда не взял!
С чего бы Петровича тянет в этот ад?
— Справа не обойдешь, — хмуро втолковывает он, — Там, на километры заросли фиолетовой плесени…
— А какого лешего мы должны обходить? — горячится молодой, незнакомый мне трикстер , — Ведь прямо — открытая дорога!
— Слишком открытая, — качает головой Петрович.
— И что?
— Мне не нравится.
Молодой пренебрежительно хмыкает. А Йог чешет лысоватый затылок:
— Оценивая философски, тут работает принцип наименьшей опасности. Если пойдём прямо — в чём-то рискуем. Зато налево — гарантированный абзац!
Петрович криво усмехается:
— И ты туда же? А вроде не первый год Зону топчешь… Белик там проходил! И ничего — даже с товаром вернулся…
— Угу. А бригада Лощёного полегла — до единого человека!
— Тоже мне бригада — зелёные юнцы с большим самомнением… Пусть упокоятся их души!
— Пусть упокоятся… Белик прошёл, а Гребень вернулся инвалидом. Это лотерея…