Я до зуда в костях бешусь сама на себя за этот сбой. Приподнимаюсь, чувствуя, как в голову возвращается ясность. Всё, хватит. Дыхание ровное, паника сдохла так же внезапно, как и началась.
— Извини, — бросаю я, стараясь, чтобы голос звучал максимально спокойно. — Я сама не поняла, что это было.
Он коротко, усмехается. Звук получается сухим и злым.
— Твоё тело просто умнее тебя, — отрезает он, стряхивая пепел прямо на пол. — Оно в курсе, что со мной опасно, даже если ты пытаешься строить из себя смелую.
Я ничего не отвечаю. Молча сползаю с кровати, чувствуя ступнями холодный пол. Встаю и завожу руки за спину, пытаясь застегнуть чёртов лифчик. Пальцы всё ещё слегка ватные, крючки скользят, не желая вставать на место. А он даже не отворачивается. Сидит и в упор наблюдает за моими попытками, не скрывая издевательского интереса. На его лице проступает мерзкая ухмылка.
Он делает последнюю затяжку и цедит сквозь зубы:
— Оделась и исчезла.
Он поддаётся корпусом вперёд.
— Второй раз спасать не стану.
Я вылетаю из комнаты, почти не чувствуя под собой ног. Стены коридора сжимаются, внутри всё горит от унижения — жгучего, ядовитого, пропитывающего меня насквозь .
Сбегаю по лестнице вниз. Шум вечеринки уже не бьёт по ушам так беспощадно — народу стало значительно меньше, музыка стихла до фонового гула.
Я иду на кухню, мечтая только об одном — выпить ледяной воды.
— Решила спуститься с небес на землю? — раздаётся сухой, размеренный голос.
Я вздрагиваю. За массивным столом сидит Стас. Перед ним пустой бокал, а взгляд — тяжёлый, сканирующий — пригвождает меня к месту. Он медленно проходится по мне глазами, задерживаясь на моих растрёпанных волосах.
— Вижу, ты близко познакомилась с Ильёй, — роняет он. В его интонации нет вопроса.
Я напрягаюсь.
— Что?
— С братом моим, — уточняет он, и в его голосе проскальзывает что-то острое, как лезвие. — Вас видели. Когда он тащил тебя в спальню.
— Ну, так получилось… — выдавливаю я, пытаясь придать голосу хотя бы подобие твёрдости.
Стас подаётся вперёд, упираясь локтями в стол. Его лицо каменеет, а в глазах вспыхивает недобрый огонь.
— «Так получилось» — это когда ты кофе на платье пролила, Лика, — отрезает он. — Советую начать пользоваться головой по назначению, пока она у тебя ещё на плечах. Лишние проблемы в этом доме никому не нужны.
Я изо всех сил стараясь скрыть дрожь в руках.
— Нет никаких проблем. Всё под контролем.
Стас смотрит мне прямо в глаза и его губы кривятся в жёсткой, почти сочувственной усмешке.
— Хотелось бы в это верить, — выдыхает он.