Я резко толкаю дверь и вваливаюсь внутрь.
Лика.
Стоит, вжавшись спиной в стену рядом с дверным проёмом. В дрожащих руках — тяжеленная напольная ваза, занесённая над головой. Готова была размозжить череп первому, кто войдёт.
Чуть не сдох. В жизни так страшно не было. Ни в паршивом детстве, когда отчим за ремень брался, ни в подпольных ямах. Я всегда думал, что мне нечего терять. А сейчас посмотрел на неё — очень даже есть. И если для того, чтобы это не трогали — придётся что-то менять …значит, поменяю.
— Стеклянная… — выдыхаю я, и на лицо сама лезет кривая, облегчённая ухмылка.
Она моргает. Узнаёт. Ваза с грохотом валится на пол, разлетаясь вдребезги. Лика срывается с места и с разбегу влетает в меня, намертво вцепляясь пальцами в мою куртку.
Я обхватываю её так сильно, что боюсь сломать рёбра. Зарываюсь лицом в её волосы, дышу ею, как грёбаный астматик кислородным баллоном.
— Испугалась? — шепчу я, лихорадочно ощупывая её спину, плечи. — Не лезли к тебе? Не трогали? Страшно? Что молчишь?!
Я слегка отстраняю её от себя, чтобы заглянуть в лицо.
Лика смотрит мне прямо в глаза. В её взгляде нет ни слезинки. Никакой бабьей истерики.
— Мне не за себя страшно было, Илья, — шепчет она. — А за то, что ты опять попытаешься всё разрушить.
Её пальцы впиваются мне в плечи.
— Если ты сейчас снова завёл в голове свою шарманку про то, какие мы разные — заткни её. Я не отпущу тебя. Ни сегодня, ни потом. Смирись с этим.
От этих слов меня просто выносит наглухо. Нихера она не стеклянная…
До дрожи прижимаю её к себе. Вжимаю в себя, хочется спрятать её за собственными рёбрами. Вдыхаю запах её волос, чувствую, как колотится её сердце о мою грудь, и понимаю, как меня медленно, с глухим хрустом отпускает этот парализующий ужас.
Все эти разговоры про разные миры — такая дешёвая пыль. Хрен его знает, как оно там должно быть по правилам. Хрен знает, где и чьё место. Но прямо сейчас я каждой клеткой, всем своим нутром чую одну простую истину: наше место — вот тут. Рядом друг с другом. Намертво и до конца. И если для этого придётся выжечь к чёрту всё, что тянет меня назад — я выжгу.
И я больше никогда, ни на одну секунду в этом не усомнюсь.