Лианна догоняет нас, почти бегом. Всхлипывает, прижимает руки к груди, то и дело озирается назад, словно боится, что лес сейчас ворвётся во дворец следом за нами. Бормочет что‑то про страх, про тьму между деревьями, про клятвы богам и обещания, которые она готова дать, лишь бы со мной всё было хорошо.
Я же… умело изображаю страдалицу. Чуть прихрамываю. Чуть морщусь. Чуть сжимаю губы. Роль убедительная, надо признать. Потому что спина действительно ноет.
Но сердце… сердце болит куда сильнее.
Оно сжимается, тянет, пульсирует тупой, тягучей болью, будто кто‑то вырвал из него кусок и оставил там пустоту. И от этой боли не спасёт ни лекарь, ни покой, ни самые мягкие постели Белого дворца, устланные шёлком и заботой.
Я чувствую, как за моей спиной шепчутся стены. Как где‑то далеко ещё гудит двор, переваривая увиденное. Как в воздухе всё ещё висит имя Элиара — невысказанное, но ощутимое, как дым после пожара.
И думаю только об одном:
Как же, чёрт возьми, я умудрилась выиграть — и при этом проиграть сразу всё.
***
Несколько дней я провожу в кровати.
Официальная версия — больная спина.
Неофициальная — я разваливаюсь по швам.
Комната живёт своей жизнью, не обращая на меня ни малейшего внимания. Солнечный свет упрямо пробивается сквозь полупрозрачные шторы, пыль лениво кружится в воздухе, словно насмехаясь над моим состоянием, а где‑то за окнами дворец продолжает дышать, гудеть, шептаться, будто в нём не произошло ничего трагичного.
Лежу на животе, уткнувшись лицом в подушку, так что можно плакать сколько угодно, не соблюдая ни королевских манер, ни элементарного достоинства. Плечи периодически вздрагивают, дыхание сбивается, но я упорно делаю вид, что всё под контролем. Хотя кого я обманываю — разве что подушку.
Спина оголена. Кожа чувствительная после мазей, компрессов и бесконечных прикосновений, от которых легче не становится. Простыни пахнут травами и лекарствами, этот запах въелся уже в волосы, в кожу, в мысли.
Боль в спине — тупая, но честная. Понятная. Она не притворяется, не играет, не маскируется под что‑то большее.
Боль внутри — подлая, липкая, без названия. Она не имеет формы, но занимает всё пространство, от груди до горла, и иногда кажется, что если вдохнуть чуть глубже — она просто разорвёт меня изнутри.
Я жду Лианну. Жду автоматически, как ждут привычное спасение — не задумываясь. Слышу шаги в коридоре: знакомые, лёгкие, почти бесшумные. Дверь открывается.
Кто‑то подходит к столику у кровати.
Берёт мазь.
И в следующий миг тёплые ладони касаются моей спины.
Меня прошибает током.