Каждое её слово было ударом под дых. Он покупал её преданность легко и непринужденно, используя свои безграничные ресурсы. А я… я была для неё «строгой мамой», которая вечно уставала и заставляла доедать кашу.
В пять часов вечера стилисты приступили к работе. Они колдовали над моим лицом и волосами два часа. Я смотрела в зеркало и не узнавала себя. Из него на меня глядела холодная, роковая женщина с безупречным тоном кожи, графичными стрелками и губами, подкрашенными помадой цвета запекшейся крови. Волосы были уложены в сложную, гладкую прическу, открывающую длинную шею.
Когда я надела платье, оно скользнуло по телу как холодная змея. Ткань подчеркивала каждый изгиб, каждое движение. Я выглядела дорого. Я выглядела как женщина Северского.
— Лия Викторовна, машина подана, — раздался голос из коридора.
Я взяла маленький клатч, в который едва поместился телефон, и вышла. Артём ждал меня внизу, в холле. Он был в безупречном смокинге. Черный на черном — он казался воплощением ночи. Когда он увидел меня, спускающуюся по лестнице, его взгляд на мгновение вспыхнул тем самым хищным огнем, который я так боялась увидеть.
— Ты выглядишь… подобающе, — произнес он, подавая мне руку. — Надеюсь, ты помнишь свою роль? Ты — мой ведущий архитектор. И мать моей наследницы. Никаких лишних откровений о прошлом. Никаких слез. Ты — скала, Лия. Моя скала.
— Я — твоя пленница, Артём, — прошептала я, игнорируя его руку и проходя мимо к выходу. — Не путай понятия.
Прием проходил в одном из лучших отелей города. Огромный зал, утопающий в цветах, живой оркестр, звон хрусталя и приторные улыбки людей, чьи состояния исчислялись девятизначными цифрами.
Как только мы вошли, пространство вокруг нас словно сжалось. Все взгляды обратились к нам. Северский шел уверенно, его рука собственнически лежала на моей талии, и я чувствовала жар его ладони через тонкий шелк платья.
— Артём Александрович! Какая неожиданность! — к нам подошел тучный мужчина с масляными глазами. — Неужели это та самая загадочная Лия Бестужева, о которой гудит весь архитектурный отдел?
— Именно так, — Артём чуть сильнее прижал меня к себе. — Лия — автор концепции «Вершины». И, как вы уже могли слышать, человек, который подарил мне дочь.
По залу пронесся шепоток. Я видела, как женщины в бриллиантах оценивающе сканируют моё платье, мои туфли, мою осанку. Я была для них диковинкой. Женщиной, которая смогла вернуться в жизнь «ледяного короля» спустя пять лет забвения.
— Вы очень талантливы, дорогая, — мужчина попытался взять мою руку, но Артём перехватил его движение, протягивая свой бокал для тоста. — Талант Лии — это эксклюзивная собственность «Северский Девелопмент», — отрезал он. — Как и всё, что связано с её именем.