— Так это был несчастный случай, хозяйка? — спросил он настойчиво.
— Да, — ответила я, гипнотизируя омлет.
— Значит, вы ставили сети?
— Да .
— С лодки?
— Да.
— Упали, а лодка уплыла?
— Да, — я готова была сама залезть в печку, только бы избежать расспросов. Потому что ничего хорошего они не обещали. Теперь мне казалось, что это судья расставляет сети.
— А разделись вы в лодке?
— Да .
Какая ему разница, где я раздевалась? Может, его так потрясла голая попка Эдит, что только об этом и спрашивает?
— То есть, когда я найду лодку, в ней будет ваша одежда? — спросил судья, и я поняла, что попала прямо в сети.
— Да, — ответила я обреченно.
Существует ли вообще эта лодка? И что я буду врать, если окажется, что в ней нет одежды Эдит? Вооружившись тряпкой, я вытащила сковородку из печи и поставила прямо на стол, за неимением подставки. Омлет получился куда лучше, чем я ожидала — желтый, пышный, маслянистый даже на вид и отлично пах безо всяких приправ.
Жонкелия вытянула шею, разглядывая мою стряпню, и даже судья задумчиво смотрел на сковородку. Будто удивлялся: как в таком свинарнике можно было приготовить что-то сносное.
— Готово, — объявила я, не зная, что делать дальше.
Ели в этом доме из общей посуды или каждому полагались тарелки? Мамаша Жонкелия поднялась и выудила откуда-то фаянсовые блюдца. Было странно видеть белоснежную и тонкую посуду после деревянной ложки и засаленной прихватки, но я невозмутимо разделила омлет на порции и выложила на тарелки. На разрезе омлет был пористым, как губка. Украсить бы его обжаренным шалфеем — и можно подавать в элитном ресторане.
Судья отказался от угощения, но когда старуха поднесла ему блюдце, взял его.
— Ложки остались только деревянные, — буркнула мамаша Жо, раздавая нам столовые принадлежности, взяла свое блюдце и уселась обратно на лавку, вытянув ноги, а потом принялась уписывать омлет так, будто не ела неделю.
Поколебавшись, судья тоже попробовал кусочек, а потом ещё один, и ещё, и только я не могла заставить себя проглотить хоть крошку.
— Вкусно, — похвалил судья. — Спасибо, хозяйка.
Несколько замечательных минут он молчал, поглощая омлет, а доев, поблагодарил ещё раз.
— На здоровье, — ответила я радушно и не менее радушно предложила: — Позвольте, я вас провожу? Вы же торопитесь, наверное. И так много времени потеряли с нами.
— Не потерял, — он поставил пустое блюдце и положил ложку. — Я нарочно заехал к вам. Хотел кое о чем спросить.
— Она чуть не утонула, — хмуро заявила Жонкелия, не поднимая глаз от тарелки. — Оставьте вопросы на завтра.