– Ну что, девочки, за очередную линию пиздеца в нашей жизни. – И выпивает залпом содержимое своей чашки.
– Хорошие слова, – соглашаюсь я и повторяю за Ларой.
Вздыхаю и отставляю чашку на стол. Кабинетик снова погружается в тишину. Только рыдание Аллочки и всхлипы Лары звучат здесь.
У меня же в голове начинают всплывать моменты, проведенные с Ветровым, и собственные ощущения. Чувство стыда накрывает с головой. Почему-то именно сейчас мне становится противно от самой себя, что я позволила себе быть хоть несколько часов счастливой, получить этот грёбаный оргазм с шикарным мужиком. Хоть он и мудак.
– Вот, – слышен шёпот Лары, – теперь выпиваем ещё по одной, и можно поговорить.
Лара повторяет манёвр с бутылкой и чашками, но только мы с ней чокаемся, как к нашим чашкам прислоняет горлышко бутылки, и зарёванная, опухшая Аллочка делает глоток прямо из горла.
– Теперь… ик… теперь да, – хрипит Аллочка, выдыхая после глотка.
Хочется удивиться, но удивления нет. Выпиваю коньяк и только сейчас понимаю, что, кроме слоек Ольги Ивановны, у нас нет ничего, чтобы нормально закусить. А вот горячительный напиток на голодный желудок уже начинает оказывать эффект.
– Нам бы закусить, девочки, – шепчу и осознаю, что тоже начала плакать.
– Шоколадка, – произносит Лара, поднимая палец вверх и разворачиваясь к своей сумочке.
На стол становится ещё одна бутылка коньяка, только эта побольше, и ложатся две шоколадки.
– А это что? – вот теперь я удивляюсь по-настоящему.
– А это, девочки, наша с вами стрессовая терапия, – поучительно отвечает Лара. – Впереди день влюблённых, но что-то у нас любовью здесь и не пахнет. Ну, не считая тебя, Любаш. Ты у нас всегда цветочками пахнешь.
– Ага, – согласно киваю, вспоминая об этом празднике, на который идиот Ветров пригласил всех наших родителей к нему домой. – А чем я ещё пахну? – спрашиваю на автомате, надеясь разрядить обстановку, но…
– Ветровым ты пахнешь, Люба. А ещё сплетнями и явно депрессией, которая у тебя, как у шизофреников, проходит в тихой форме, но после может вылиться в полный пиздец. А это слишком критично в нашем возрасте, – говорит Лара, а я покрываюсь противными мурашками от осознания масштабов катастрофы.
– И я так понимаю, что все эти сплетни вы принесли мне? – спрашиваю, глядя на девочек.
– Нет, – всхлипывает Аллочка. – Мы пришли к тебе со своими соплями, так как ты у нас самая нормальная. Но всё же узнать твою версию очень хотим.
– А-а-а, – тяну я, разворачиваясь к своему креслу и взяв чашку с остывшим недопитым кофе, приканчиваю его одним глотком.