Но он не засмеялся. Не бросил дежурную фразу о том, что время лечит. Вместо этого улыбнулся. И в этой улыбке было столько тепла, что воздух в лёгких превратился в расплавленное золото.
— Тогда я буду любить тебя на расстоянии, — сказал он. — И это всё равно будет лучше, чем жить без тебя.
Мир качнулся.
Сердце забилось так, словно пыталось выбраться из грудной клетки. Ладони стали влажными. Во рту пересохло, как в пустыне.
Чёрт, да я влюбляюсь!
В мужчину с криминальным прошлым, шрамами на запястьях и сердцем, полным нежности. В его силу, которая не давит, а защищает. В его взгляд, в котором вижу отражение себя настоящей, без масок и ролей. Вот только влюбляться мне сейчас совершенно нельзя. Мне бы с разводом разобраться, детей на ноги поднять, карьеру построить. Где мне взять место для ещё одного мужчины, тем более такого?!
Отлично, Влада. Просто замечательно. Из болота да в омут.
Это страшнее развода. Страшнее судебных заседаний, дележа имущества и детских слёз. Потому что развод — это конец. А это… это начало. Начало чего-то, что может разрушить меня окончательно. Я боюсь его. Боюсь своей слабости перед ним. Боюсь, что он увидит мою проблемность и отвернётся. Боюсь, что он станет для меня всем, а я для него — ничем.
— Ты молчишь, — заметил он, и в голосе прозвучала тревога. Едва заметная, но я её услышала.
— Думаю, — соврала я, хотя думать было невозможно. В голове творился хаос, как в калейдоскопе, который кто-то яростно встряхивает.
— О чём?
— О том, что ты идиот, — выпалила я и тут же прикусила язык.
Но он рассмеялся. Искренне, заразительно, и смех этот прокатился по залу, заставив официантов оглянуться.
— Почему идиот?
— Потому что нормальные мужчины убегают от женщин с таким багажом. — Я откинулась на спинку стула. — А у меня багажа на целый товарный поезд. Двое детей, бывший муж, куча комплексов и полное неумение доверять.
— Звучит как вызов, — сухо заметил он.
— Очень смешно. — Я покрутила бокал в руках. — Андрей, я серьёзно. Ты не знаешь, во что ввязываешься.
— Знаю. — Он наклонился вперёд, и расстояние между нами сократилось до критического. — Знаю, что ты не спишь по ночам, прокручивая в голове все возможные сценарии катастрофы. Знаю, что боишься довериться, потому что последний раз доверие обернулось предательством. Знаю, что за этой ледяной маской скрывается женщина, способная любить.
— Ты не экстрасенс, — огрызнулась я, но голос предательски дрогнул.
— Не нужно быть экстрасенсом, чтобы узнать родственную душу.
Воздух между нами стал плотным, электрическим. Я чувствовала, как волоски на руках встают дыбом, как кожа покрывается мурашками.