Реальность оказалась куда прозаичнее и страшнее. Никто не знает «как», никто не объяснил «почему». Я просто закрыла глаза в своей спальне, среди привычного вороха мягких игрушек, любимых книг и уютных зеленых обоев. А открыла их в стерильном аду. Вместо объятий прекрасного героя — запах дешевых лекарств и холод белых стен, давящий на виски.
Увидев перед собой первого местного, я даже не испугалась. Пожилой мужчина с лисьими ушами, забавно торчащими из-под медицинской шапочки, выглядел как аниматор на неудачной вечеринке.
‘–Не беспокойтесь, ромея, вы в безопасности. Волей случая вас перенесло в наш мир.
— Действительно, — удивительно спокойно отозвалась, оглядываясь по сторонам. Какой цветной сон!
— К сожалению это необратимо, но король помогает переселенцам, подобным вам. Начнете новую жизнь, считайте это подарком судьбы.
— Провидением, — охотно подсказала я, подходя к окну. Красота-то какая! Явно не мой вид на водохранилище.’
Я искренне, до зуда в ладонях, верила, что это затянувшийся розыгрыш. Врач–оборотень не вызывал истерики, только вежливое любопытство. Я слушала его лекции о «соприкосновении реальностей», о «провалах» и «попаданцах», которые изредка вываливаются в этот мир, словно мусор из прохудившегося кармана Вселенной. Я кивала, вежливо похихикивая над «нелепым» укладом их жизни, и все ждала, когда же занавес опустится и я проснусь в своей кровати.
Но день сменялся ночью, ночь — серым утром, а я не «просыпалась». Боль в теле была слишком настоящей, а тоска по дому — слишком острой, чтобы быть сном. Сны не длятся бесконечно. Значит, я теперь лишь нелепая ошибка в чужом, холодном мире.
Следующий месяц превратился в мутное пятно. Я провела его в местном аналоге «пансионата для людей в период стресса» — так они милосердно называли психушку, куда меня заперли. Я не верила. Я отказывалась понимать. Я кричала до хрипоты, кидалась на санитаров, требовала позвать маму, вызвать полицию, прекратить этот затянувшийся фарс. А мне в ответ монотонно, как заевшая пластинка, твердили про чертовы «соприкосновения миров».
Думаю, они меня боялись — иначе не держали бы за засовом Местные твердили: «Это временно, Тина. Прими это, и тебя выпустят». Дурдом! Как современный человек, привыкший к логике и физике, может поверить в магию и переселение душ? Я была уверена, что в восемнадцать лет мой мозг просто выдал фатальный сбой.
А потом… потом я сожгла штору.
Это случилось на пике очередной истерики. Я орала на медсестру, не подпуская ее с пробиркой: была уверена, что меня хотят превратить в овощ. Я вцепилась в тяжелую ткань занавески, и в ту же секунду по комнате пополз едкий, сухой запах гари. Штора вспыхнула прямо под моими пальцами.