Искупление злодейки — Кира Иствуд

— Не думаю… — пробормотала я и ойкнула, потому что арх вдруг прижал меня к себе крепче, наклонился, задев горячим дыханием ухо:

— Так или иначе, но больше никуда не уходи без меня, вишнёвая птичка. Никуда. Ни с Кайроном. Ни с кем-либо ещё. Если только не желаешь, чтобы они отдали души вьюге. Поняла?

…отдали души вьюге?

Что это значит⁈

Арх не ждал ответа. Толкнув полог, он шагнул в сумрак кибитки.

Качнувшись, шкура закрыла проход, отрезав нас от улицы, оставив наедине. Дейвар щёлкнул пальцами — и на ледяном столике зажглась лампа. Мягкий жёлтый свет осветил стойки с оружием, несколько сундуков и пушистые белые шкуры, заменяющие кровать.

Шагнув к ним, арх опустил меня на мех, да так бережно, будто я была хрупкой снежинкой.

— Не понимаю, — шепнула я, всё ещё катая в уме предыдущую фразу Дейвара. — Что вы имеете в виду?

— Не догадываешься?

— Нет… — Я посмотрела на ирбиса снизу вверх. Его зрачки так расширились, что казались колодцами, в которые можно провалиться. Их обрамляла яркая кайма синей радужки.

«Так выглядит луна, когда наползает на солнце», — подумалось мне.

Выражение лица Дейвара было слишком сложным, чтобы я могла его расшифровать. Признаться, я вообще плохо понимала мотивы его слов и действий и подозревала, что ответ кроется в тех днях между реальностью и сном, которые ещё не случились. Должно быть, там мы сблизились… Возможно, подружились?

Тем временем ирбис опустился на шкуры рядом. Взял мою маленькую ладонь в свою крупную. Наклонился, нависнув сверху. По сравнению со мной Дейвар был таким большим, что не оставалось ничего другого, кроме как замереть, как замирает кролик перед тигром.

Разница была лишь в том, что моё сердце бешено стучало не от страха, а от горячего, щекочущего душу волнения, названия которому я не знала.

— Элисса… — Дейвар произнёс моё имя странно, превратив «з» в длинную «сссс». А потом, будто покатав на языке, произнёс снова: — Элиза…

Глаза ирбиса гипнотизировали. От его хрипловатого низкого голоса меня качнуло и показалось, будто я куда-то падаю. Я невольно схватилась, чтобы удержаться — схватилась за мощные плечи Дейвара. Вдохнула его дымно-хвойный запах. Шепнула одними губами:

— Что?

Он наклонился ближе. Теперь я видела своё отражение в его чернильных зрачках. Ирбис коснулся пальцами моей щеки, провёл до шеи, оставляя горячий след. Огладил плечо поверх мантии, опустился ладонью на мою талию, обжигая даже сквозь одежду, а потом скользнул по бедру вниз.

По телу прокатился жар. Я схватила ртом воздух.

Всё было для меня в новинку.

Глаза Дейвара стали совсем тёмными, жадными — казалось, он впитывает каждую мою реакцию. Его рука на бедре вдруг скользнула в разрез шерстяного платья и сразу нырнула под нательную рубаху, поднялась выше, легла на мой обнажённый живот. Кожа к коже.