Потому что перед ним и без всякого обмана у меня подгибались ноги, а сердце начинало прыгать в груди беспокойным мячиком.
Тук-тук…
Тук-тук…
Ледяной взгляд Дейвара перетёк с ворона на меня. Пригвоздил к месту. Впился в моё напряжённое лицо, будто искал края «лживой маски», но в итоге соскользнул к дрожащим рукам, которыми я вцепилась в край своего плаща.
Скрипнул снег, и Дейвар шагнул ко мне. Я подавила порыв отступить. Устояла. И даже не дёрнулась, когда он протянул ко мне руки.
— Ты замёрзла, пташка, — арх взял мои ладони в свои большие горячие руки, сжал их, пытаясь передать тепло. Его пальцы были шершавыми и жаркими как угли. Голос звучал мягко, будто он успокаивал пугливого зверька. — Ранена?
— Нет, — прошептала я.
— Она повредила колено, — сдал меня Кайрон.
— Не сильно…
Но прежде чем я успела ещё что-то добавить, арх уже подхватил меня на руки. Я тут же вцепившись в его мощные плечи, резко вдохнула морозный воздух, а вместе с ним особенный аромат Дейвара. Дым костра, смешанный с чем-то пояно-хвойным — будто ирбис вобрал в себя запах снежного леса.
Дыхание арха опалило щёку, когда он прижал меня к себе. Положив голову ему на грудь, я затихла. И против всякой логики ощутила себя в безопасности.
— Кайрон, — арх не смотрел на ворона, но каждый слог звенел сталью, — ты контактировал с заражённым. Проверься у Айсвара. Сейчас же.
— Конечно.
Скосив взгляд на ворона, я увидела, что он уже выпрямился. Но смотрел не на арха, а меня… Его взгляд обещал, что наш разговор ещё не окончен. Однако я чувствовала, он не станет раскрывать тайну за моей спиной… как если бы то, что я спасла его тогда у Обители — на самом деле значило для ворона куда больше, чем он пытался показать.
Ведь иначе, он не стал бы защищать меня от осквернённого.
Иначе не отшатнулся бы с ужасом, когда я спросила, собирается ли он убить меня. Если моя догадка верна — то всё не зря, и чёрное лицо ошибалось… А Ньяра была права в своих учениях.
Крепко держа меня в объятиях, арх зашагал к кострам.
Я уткнулась лицом в его твёрдую мужскую грудь. Сердце стучало под ухом ровно, но слишком громко, будто барабан, отбивающий ритм ярости.
— Ты не должна уходить от стоянки, Элиза, — вдруг грозно выдохнул арх. — Лес опасен! Я мог не успеть. Мои люди верны, но ты здесь чужая. Хрупкая. Да и идти с мужчиной в лес в такую темень. О чём ты думала? Ещё и Кайрона покрываешь! Он тебе что-то сделал? Угрожал?
— Нет-нет, он хороший. Он бы не стал.
— Он тебе нравится? — Дейвар вдруг остановился, и я подняла голову, встретившись с его взглядом. Глаза арха горели холодным синим огнём, значения которого я не понимала, а руки прижали меня сильнее.