16
Мэйвен
Оказывается, ошейник, который ДельМар надел на Бэйлфайра, чтобы тот не перекинулся, был не единственным, который он принес в Эвербаунд несколько месяцев назад.
Ашер Дуглас исцеляет мою сломанную руку и следы укусов, но Эверетт не замечает, что заклинатель использует священную магию поскольку занят попытками накинуть одеяло на наготу Бэйлфайра. Ему приходится повторно замораживать дракона-оборотня, когда Не-Бэйлфайр немедленно пытается сжечь ему лицо.
— Его задница все еще на свободе, — указывает Ашер.
Эверетт бормочет что-то о том, что оборотни — голые идиоты, прежде чем взглянуть на наемника. — Передай сообщение командиру Децимусу. Сообщи ей, что дикий дракон был найден и находится здесь. Скажи ей, что я сообщу ей новости при необходимости, или если у нее возникнут дополнительные вопросы.
Как только Дуглас покидает кабинет бывшего директора Херста, Эверетт показывает мне другие зачарованные ошейники в одном из ящиков стола. Все, о чем я могу думать, это о том, как унизительно было для Бэйлфайра носить его на публике, как обычное животное.
Он чертовски сексуален, когда надевает ошейник для меня в спальне, но мысль о том, чтобы надеть его на него прямо сейчас, когда он даже не в себе и на самом деле похож на неразумное животное, сводит мой желудок.
— Либо это, либо держать его замороженным. Если только у тебя нет идеи получше, — тихо говорит Эверетт, опускаясь на стул рядом со столом директора.
Мы оба вымотаны. Весь замок пропах дымом. Было трудно пробраться в промерзший кабинет директора так, чтобы меня не заметили реформисты, пока они убирали последствия нападения дракона.
Бэйлфайр теперь заморожен от шеи, лед запечатывает его рот, чтобы он не извергал еще больше огня. Его глаза все еще представляют собой драконьи щелочки, которые светятся первобытным безумием.
Если он вернется, то снова станет более крупной мишенью. Возможно, охотники все еще ищут его.
Поддержание его в такой форме дает мне больше шансов достучаться до него.
Я беру один из кожаных ошейников и изучаю его. Я не вижу рун, но поскольку мы не могли снять его, когда он носил его в последний раз, пока я не использовала магию ревенанта, чтобы уничтожить его, я подозреваю, что на нем есть старинное запирающее заклинание мономей . Это простое, но надежное заклинание, благодаря которому только тот, кто запер неодушевленный предмет, может открыть его.
Это означает, что если мы не найдем другого ревенанта, владеющего неограниченной разрушительной магией, только я смогу снять этот ошейник, как только он будет на нем.