Искоса взглянув на Дугласа, я выгибаю бровь. — Из-за нас с моим квинтетом тебя чуть не убили на Манхэттене. Я ожидала, что ты уйдешь. Почему ты все еще работаешь на Эверетта?
— Деньги.
— Для заклинателя с твоими талантами есть менее опасные должности, — указываю я.
— Мне нравятся вызовы. Особенно те, за которые платят большие деньги.
Я закатываю глаза. — После Манхэттена ты мог бы потребовать досрочную выплату, сократить свои убытки и уйти своей дорогой. А это значит, что есть еще одна причина, по которой ты остаешься здесь.
Рыжий бросает на меня короткий взгляд, прежде чем снова отвернуться, чтобы посмотреть, как его адская гончая гоняется за своим хвостом. — Ладно, да. Может быть, я думал о том, чтобы сбежать с корабля после Манхэттена, но я остался из-за Пьетро.
Я задумываюсь. — Объясни.
— Я знал твоего отца, — тихо признается Дуглас. — Не просто знал. Он был мне как отец, когда мой собственный был не кем иным, как мудаком. Пьетро пытался спасти меня и мою мать из очень хреновой ситуации.
О.
Боги, кого не знал мой отец? Более сентиментальный человек мог бы воспринять мои пути, пересекающиеся со столькими жизнями, которых он коснулся, как судьбу, но лично я начинаю думать, что моему биологическому отцу-экстраверту нужно было завести хобби или что-то в этом роде.
Ашер Дуглас продолжает. — Твой папа и моя мама были старыми друзьями, выросли в одном районе и все такое. Она оказалась атипичным Кастером, но залетела мной подростком и вышла замуж за моего засранца-отца чертовски молодой — еще до того, как стала достаточно взрослой, чтобы посещать Поиск. — Он пожимает плечами. — По-настоящему ранние годы были нормальными, не то чтобы я их хорошо помню. Но я помню, как Пьетро часто приходил и помогал моим родителям. Он заботился обо мне, когда моя мама работала, а отец пил. Он делал домашнее задание по медицине за нашим кухонным столом и рассказывал мне о том, как важно помогать пострадавшим людям. Многому научил меня в целительстве еще до того, как я проявил хоть намек на магию.
Я выгибаю бровь. — Никогда бы не подумала, что ты жопокастер и святой.
— Опять же, я не святой, но это уже другая история. В любом случае, хорошие дни длились недолго, и мой отец стал намного хуже. Он начал вымещать свои проблемы на нас с мамой. Когда Пьетро пришел к нам в следующий раз, он увидел синяки и пришел в ярость. Он сильно подрался с моим отцом, который избил твоего отца до полусмерти и оставил его умирать в ванне.
Лицо Дугласа мрачнеет, когда он наблюдает, как его адский пес несется за вороной, которая вспорхнула и уселась неподалеку. — Я, честно говоря, думал, что Пьетро конец. Мой папа собрал наши вещи, и мы с мамой переехали посреди ночи в новую дерьмовую квартиру в новом штате с еще более пустой кладовкой, чтобы воплотить его идею начать все с чистого листа. Я никогда больше не видел Пьетро, пока много лет спустя он не попал в новости за то, что был казнен «Советом Наследия». — Его зеленые глаза метнулись ко мне и тут же он отвел их в сторону. — Я понятия не имел, что у него есть дочь, но, честно говоря, я чертовски завидую. Я бы все отдал, чтобы он был моим отцом, а не тот мудак, которого мне навязали.