Высоко вверху частично разбитый витражный купол пропускает холодный свет сильно затянутого тучами полудня. Толстый слой льда покрыл большую часть этой огромной комнаты, но я все еще могу различить фреску с изображением богини-жнеца на одной стене, ее лицо скрыто капюшоном. Вокруг нее нарисованы графические изображения насильственных смертей, перепуганных смертных и мирных кладбищ.
Это один из храмов Синтич.
Или был . Должно быть, произошло что-то катастрофическое, потому что сейчас это заброшенная гробница.
Я мгновение смотрю на матовую фреску, и странное чувство щекочет мне затылок.
Затем я замечаю скелеты двух священников в пурпурных одеждах на полу возле алтаря. Они лежат, переплетя руки, и выглядят так, словно умерли, задушив друг друга. Другие расчлененные, сморщенные трупы заполняют комнату, одетые в черное с тех пор, как они пришли поклоняться Синтич, оплакивая мертвых. Они выглядят частично сохранившимися, как будто этот пронизывающий до костей холод существовал достаточно долго, чтобы помешать им должным образом разложиться.
Перед какой жуткой сценой приходится просыпаться.
Хотела бы я оценить это лучше, но я чувствую себя так чертовски странно . Мое тело продолжает гореть, в то время как остальная часть меня чувствует слабость. Когда я прижимаю руку к шраму на груди, у меня все еще не бьется сердце… и нет метки моего квинтета. Не говоря уже о том, что я одета только в рваную черную одежду без рукавов и…
Это витражное стекло застряло у меня в руке?
Я вытаскиваю несколько осколков, морщась от пульсации в голове. Как я здесь оказалась? Воспоминания о моей не-жизни — это бурлящая выгребная яма сбивающей с толку информации, но все это резко прекращается примерно в тот момент, когда я проклинаю богов, умирая на руках Эверетта.
О, черт. Мое предназначение ревенанта было выполнено.
А это значит, что я умерла , умерла.
Но это не Запределье. Если бы это было так, Сахар стоял бы надо мной, оценивая изуродованные останки моей души и приговаривая меня к загробной жизни в вечных страданиях за все дерьмо, которое я натворила, чтобы выжить в Нэтэре.
Так что, черт возьми, происходит?
И что более важно, где мои ребята?
Боги, в этом храме холодно . Всякий раз, когда свист ветра снаружи стихает, с разрушенного потолка падает снежная пыль, заставляя меня дрожать. Я соскальзываю с алтаря, стараясь не разбрасывать осколки стекла по обледеневшему каменному полу, но останавливаюсь, когда замечаю блестящую косу на земле неподалеку.