Нет.
Я не могу дышать.
Я не могу быть свидетелем этого. Этого не может быть.
Темный плащ все еще полностью скрывает лицо богини. Как всегда, она не обращает на меня внимания, но одним прерывистым вздохом позже я чувствую это.
Разрыв. Потерю.
Боль вспыхивает в пустоте, оставшейся там, где только что исчезла связь с Мэйвен. Я задыхаюсь и падаю на колени. Над головой дракон Бэйлфайра издает оглушительный рев агонии, который издает каждая клеточка моего существа.
Мэйвен.
Я могу лишь различить глухой свист на фоне затяжного звона в ушах. Звук Синтич, пожинающий плоды прекрасно изломанной души, в которую я так сильно влюбился.
Нет. Нет, нет, нет, нет.
Я с трудом поднимаюсь на ноги, спотыкаясь и ударяясь о ледяное ограждение со смертельной силой, от которой немеют мои почерневшие кончики пальцев. Лед трескается от моего прикосновения, рассыпаясь на куски вокруг окровавленного элементаля, на его грязно забинтованном лице застывают слезы.
Мэйвен безжизненно лежит в его объятиях.
Ушла.
Навсегда.
— Ты никогда ее больше не увидишь , — хихикает слабый голос где-то в уголке моего сознания.
Я хочу спросить, как это произошло. Как мы могли ее подвести? Мне нужны ответы — мне нужна она , но вид моей мертвой хранительницы настолько ужасающе нереальный, что окружающее, кажется, исчезает. Смутно я осознаю, что температура вокруг нас резко падает. Лед трещит по земле, замораживая кусты, трупы и гуля, который атакует, вырываясь из места, где стоит на коленях Эверетт. Вокруг нас начинает валить густой снег.
Яркое королевско-синее пламя вспыхивает в серой дали этого ожившего кошмара, когда дракон Бэйлфайра обрушивает адский огонь как на друзей, так и на врагов, настолько погрузившись в ярость и потерю, что больше не является самим собой.
И все же я не могу пошевелиться.
— Ты потерял ее именно так, как мы и говорили, — хихикает чей-то голос.
В голосе моего отца слышится насмешка, — Скатертью дорога этой никчемной сучке.
— Прекратите, — беспомощно шепчу я.
Голоса насмехаются надо мной. Они гогочут друг над другом, пока мой мир рушится. Подкрадывающееся безумие скручивает мой желудок, когда отдаленные крики продолжают отдаваться эхом в этом новообретенном аду.
Я бы отдал свою душу, чтобы вернуть ее обратно.
Я бы сделал все, что угодно.
Рядом с нами материализуется Крипт, покрытый кровью с головы до ног. Он роняет обезглавленный череп лича, прежде чем упасть на колени рядом с Эвереттом и Мэйвен, заметно дрожа. На мгновение выражение его лица отражает все, что я чувствую — ужас и абсолютную, безнадежную тоску, поскольку отсутствие связи берет свое. Наши волосы и одежда начинают развеваться, как будто мы все вместе погрузились под воду, и воздух наполняется жгучим запахом, похожим на озон.