Это была естественная пещера, полностью заполненная водой. Шахтёры видимо вскрыли её случайно, пробив водоносный слой, и бросили здесь разработку, когда поняли, что откачать воду не удастся.
Я замер, осматриваясь. Своды пещеры терялись во мраке, и я не мог определить её размеры. Десятки метров? Сотни? В голубоватом свете Капли я видел только ближайшие стены, изъеденные водой до причудливых форм, и уходящую в бесконечность темноту впереди.
Вода здесь была другой. Холодной, градуса три-четыре, но я поддерживал комфортную температуру вокруг себя без особых усилий.
Она была похожа на воду в Синей Дыре, там тоже имелось огромное подводное озеро. Но та вода была мёртвой, эта же удивительно живой. Я чувствовал токи и течения, невидимые потоки, которые пронизывали пещеру, словно кровеносные сосуды. Что-то двигало эту воду, что-то дышало в глубине.
Я медленно поплыл вперёд. Капля держалась рядом, прижавшись к моему плечу. Она больше не подпрыгивала и не булькала радостно. Она притихла.
«Данила…» — голос её в моём сознании стал тихим и настороженным. — «Там что-то есть. Много.»
Я посмотрел в направлении, которое она указывала, и увидел.
Вдалеке что-то двигалось. Не одно что-то, а много, целая стая. Силуэты мелькали в темноте, быстрые и текучие, и двигались они с грацией, которой я не ожидал.
Это были визгуны. Но выглядели они совсем не так, как обычно.
Я приблизился осторожно, стараясь не делать резких движений. Капля вернулась ко мне, плыла совсем рядом, и я чувствовал её напряжение через нашу связь. Она была готова бежать или защищаться в любой момент.
Силуэты становились чётче. Это были визгуны.
Те самые агрессивные шарики с острыми гранями, которые визжали и резали всё на своём пути. Но здесь, под водой, они были совершенно другими. Быстрыми, грациозными, гармоничными.
Я вспомнил тюленей и пингвинов, которых видел в прошлой жизни. На суше они были неуклюжими и беспомощными, а в воде становились совершенными созданиями с удивительной грацией. Визгуны оказались такими же.
Их панцири выглядели обтекаемыми, а движения были плавными. Некоторые из колючек торчали словно плавники, которыми они рассекали воду. Они плавали легко и стремительно, иногда поворачивая под самыми неожиданными углами.
Я приблизился ещё немного.
Визгуны не обращали на меня внимания. Они были заняты своими делами. Их движение напоминало косяк рыб, хаотичный и в то же время синхронный в своей гармонии.
Это было удивительно и при этом опасно. Если на поверхности я легко мог отразить их атаки, то тут под водой они чувствовали себя гораздо увереннее. А еще их было много, я даже примерно не мог их сосчитать.