Я увидела, как в его глазах мелькнуло понимание. Теперь все странности моего поведения обретали смысл.
— А туфельки… — я посмотрела на свою сумку, где лежали хрустальные башмачки. — Это не просто красивый артефакт. Это ключ, оставленный самими Сидами. Они дали мне способность понимать язык животных, видеть скрытое… и перемещаться между мирами. Но их сила ограничена.
Я замолчала, чувствуя, как сжимается горло. Самое трудное было впереди.
— Фея сказала, что заряда хватит только на два прыжка между мирами. Туда… и обратно. Первый прыжок я использовала, чтобы спасти тебя. Чтобы доставить нас сюда, где тебя могли вылечить.
Он медленно кивнул.
— Значит, остался один прыжок? — тихо спросил он. — Если вернетесь обратно, путь сюда будет закрыт? Навсегда?
Я не смогла ничего сказать. Лишь молча кивнула, чувствуя, как по щеке скатывается предательская слеза. Этот кивок был приговором — и ему, и мне. Он означал, что либо ему придется до конца дней жить на чужбине, либо мне придется попрощаться с этим миром навсегда.
Виктор увидел мои слезы. Его суровое, изможденное лицо смягчилось, в уголках глаз обозначились лучики морщин. Он с трудом протянул руку, и я взяла ее в свои, чувствуя шершавую, знакомую кожу его ладони.
— Мисс Элис, — сказал он тихо, но с той непоколебимой твердостью, что всегда придавала мне сил. — Вы пожертвовали всем — своим прошлым, своей миссией — чтобы спасти жизнь старого, упрямого шофер. Что бы вы ни решили делать дальше… куда бы вы ни направили свой путь… я останусь рядом. Здесь или там. Мое место — возле вас. Это мой выбор.
Его слова стали одновременно облегчением и тяжелейшим грузом ответственности. Он доверял мне свою судьбу безоговорочно. А я должна была решить, куда нам идти. Остаться здесь, в относительной безопасности, но без магии, без своего дела? Или вернуться в Империю, где меня ждали война, интриги Гильдии и ненависть мачехи, но где у меня была команда, поместье и реальная возможность что-то изменить?
Я сидела, сжимая его руку, и разрывалась на части.
Внезапно тишину нарушил веселый перезвон из сумочки Ани. Я вздрогнула, вынырнув из своих тягостных раздумий. Аня достала свой телефон — маленький блестящий прямоугольник, за которым Виктор наблюдал с немым изумлением.
— Бабушка Клавдия, — пояснила она, поднося аппарат к уху. — Да, Клавдия Петровна? — ее лицо постепенно озарялось широкой улыбкой. — Серьезно? Четыре баночки? И еще десять?.. Да, я все поняла. Спасибо вам огромное! Передайте Лидии Ивановне, что мы все организуем.
Она положила телефон и посмотрела на меня сияющими глазами.