— Я буду с ней, — просто сказал Эдгар Кассиану. — И мы вернёмся.
Кассиан вздохнул, потом кивнул.
— Ладно. Но только после всех официальных мероприятий. Договорились?
— Договорились, — улыбнулась я.
Вечером, после ужина со всеми обитателями на Дачи (это стало нашей доброй традицией — собираться за большим столом в старом поместье хотя бы раз в неделю), мы с Эдгаром вышли на террасу. Над нами раскинулось тёмное, усыпанное звёздами небо. Воздух был тёплым, напоённым ароматом ночных цветов.
— Не боишься? — тихо спросил Эдгар, обнимая меня за плечи.
— Возвращения? Нет, — я прижалась к нему. — Потому что я всегда буду возвращаться домой, сюда. Раньше туфельки были для меня возможностью сбежать. Теперь… теперь они просто инструмент, чтобы соединять миры, которые я люблю.
Он молча поцеловал меня в макушку.
— Я люблю тебя, Элис Мёрфи. Химика, парфюмера, революционерку и свою жену.
— А я люблю тебя, Эдгар де Монфор. Врача, учёного, своего самого верного союзника и мужа.
Мы стояли так, глядя на огни Лунной Дачи, на тёмный силуэт лабораторного корпуса, где ещё горели окна — кто-то засиделся за работой. Я чувствовала пульс своего Пламени — ровный, сильный, созидающий. Рядом билось его Пламя — тёплое, живое, неразрывно сплетённое с моим. Войны, интриги, борьба за выживание остались в прошлом. Не исчезли совсем — мир не был идеальным. Но они перестали определять нашу жизнь. Впереди было время строительства, открытий, тихого, прочного счастья и новых, уже совсем иных, вызовов.
Я обернулась и посмотрела в его глаза, отражавшие звёзды.
— Я дома, — прошептала я.
И это была окончательная, непреложная правда.