Злодейка и князь, который ее убил
Для того чтобы вечер прошел хорошо, нужна хорошая книга. Или дорама.
Но сегодняшний вечер не задался.
Удобно устроившись на диване, я наблюдала, как героиня в роскошных шелках обнимала бездыханное тело возлюбленного. Девушка на экране обливалась слезами, звучала пронзительная мелодия эрху [1] , медленно падали лепестки вишни.
– Конечно, он не умер, – зевнула я.
До конца семь серий, так что хоронить героя рано, и сценаристы не раз успеют удивить.
Я снова протяжно зевнула и уютнее устроилась под пледом. Досмотрю историю, наверное, уже завтра. Тогда и узнаю, сможет ли героиня спасти возлюбленного или тоже умрет…
Надо бы доползти до кровати, но глаза закрывались после напряженного дня, и я сама не заметила, как заснула.
Холодно. Студеные капли били по лицу, стекали за воротник, пропитывали тонкую рубашку.
Ноги совсем заледенели.
Неужели я забыла закрыть окно? Или у соседей сверху прорвало трубу?..
Резко распахнула глаза.
Я стояла на коленях по центру площади. Шел дождь. Рядом со мной замерли незнакомые люди в белых холщовых рубахах. Слева – немолодой мужчина с волевым лицом, справа – испуганный подросток лет шестнадцати. Их руки были связаны. Дальше, расплываясь в дождевой пелене, виднелись зареванные женщины и мрачные, обреченные мужчины – все, как один, на коленях на грязной холодной мостовой.
Перед каждым из нас стоял деревянный чурбан – массивный и блестящий от влаги, а позади возвышался стражник, облаченный в черные доспехи. И каждый стражник сжимал в руке обнаженный меч.
Что за кошмар?!
Я дернулась, пытаясь подняться, но не смогла.
Мои руки тоже оказались грубо стянуты за спиной. Тело слушалось с трудом, будто чужое.
Мозолистая ладонь стражника тяжело опустилась на плечо, словно лишая последней надежды.
Что происходит?..
Откуда-то издалека я слышала голоса. Радостные и взволнованные. На площади, за еще одним кольцом стражи, бесновалась толпа. Несмотря на дождливый день, множество людей пришли поглазеть на казнь…
Да, несомненно, это была казнь.
Я попыталась закричать. Сказать, что это ошибка и меня здесь быть не должно. Но не смогла вымолвить ни слова.
Языка во рту не было.
Осознание данного факта пронзило ужасом.
В центр круга вышел высокий мужчина в черных одеждах. Длинный плащ, мокрый от дождя, тяжело колыхался. Лицо скрывала кованая маска, в переплетении узоров которой угадывался волчий оскал.
Несколько мгновений незнакомец стоял неподвижно, медленно переводя взгляд с одного приговоренного на другого, а потом посмотрел на меня.