Не думай о том, как он выглядит. Не думай. Это начальник.
Я заставляю себя сделать еще шаг и замираю на почтительном расстоянии от стола, стараясь выпрямить спину. Я чувствую, как его взгляд скользит по мне: от собранных в тугой узел белесых волос, по лицу, по форме, которая сейчас кажется мне ужасно дешевой и неподходящей, до кончиков ботинок.
Молчание длится вечность. В нем нет ни гнева, ни любопытства. Есть только холодная, беспристрастная оценка. Как будто я – документ, который нужно проверить на подлинность.
– Ваш планшет, – произносит он наконец. Его голос именно такой, каким звучал в записях: бархатистый, ровный, абсолютно лишенный тепла. В нем нет вопроса. Есть приказ.
Внутри у меня все сжимается в один ледяной комок. Я судорожно сжимаю руки, чтобы они не тряслись, и делаю два шага вперед. Протягиваю планшет. Мои пальцы касаются холодной поверхности стола.
Он не спеша поднимается. Его движения полны скрытой, хищной грации. Он подходит, и я чувствую легкое, почти неосязаемое излучение – не тепло, а что-то иное, мощное, исходящее от него. Он берет планшет. Его пальцы длинные, с идеальной формой.
Дар’Велл стоит так близко, что я различаю тончайший рисунок золотых полос на его скулах. Чувствую легкий, едва уловимый аромат – чего-то древесного и пряного.
Он смотрит на меня. Его синие глаза – бездонные, пронзительные. В них нет ничего, что я могла бы прочитать. Ни одобрения, ни раздражения. Ничего.
– Откройте ваше назначение, – говорит он, и в его голосе впервые появляется оттенок – легкий, ледяной укор.
Маша, ты что дурная?! Яростно ругаю себя я внутри. Соберись!
– Извините, – вырывается у меня хриплый шепот. Я протягиваю дрожащую руку, беру планшет обратно. Мои пальцы скользят по экрану. Я открываю документ с приказом о назначении, снова кладу его на стол перед ним.
Он даже не смотрит на текст. Он подносит свою ладонь над экраном. На миг между его кожей и стеклом вспыхивает сложный, переливающийся голографический узор – его личная печать, знак Верховного Прокурора. Он накладывает ее на документ. Печать застывает, вплавляясь в цифровую ткань приказа.
Теперь это официально.
Я – его. Старшая помощница.
– Времени на погружение нет, – говорит он, отступая на шаг. Его взгляд снова впивается в меня, тяжелый и неумолимый. – Приступаете немедленно. Луиза проведет вас к вашему рабочему месту и выдаст текущие дела. Я ожидаю предварительный анализ по делу «Аурелиус-7» к концу цикла.
Он произносит это так же, как сказал бы «передайте соль». Без эмоций. Как будто поручает мне не анализ сложнейшего межзвездного инцидента, о котором я только слышала в новостях, а сортировку бумаг.