— Потому что я поняла: все это время ты места себе не находил, считая, что недостаточно хорош для Джорджи.
Он поморщился, и я накрыла его ладонь своей.
— Но именно поэтому ты — то, что ей нужно.
Он вскинул брови, явно не понимая, к чему я клоню.
— Ты постоянно думаешь о Джорджи, о том, что для нее лучше, что ей необходимо. Именно так поступают хорошие родители, старшие братья или сестры. Они заботятся о тех, кого любят.
— Я начинаю это осознавать, — произнес он. — Думаю, мне стоит просто спросить Джорджи, чего хочет она сама. Никто никогда этого не делал. Ни родители, ни бабушка. Я больше не хочу принимать за нее решения, не выслушав ее саму.
Я улыбнулась, гордясь Дрейвеном и тем, что он сам пришел к этому выводу.
— А я не спросила сестер и маму, хотят ли они покидать Тислгроув. — Я сглотнула застрявший в горле ком. — Я думала только о себе и о своих страхах.
— Значит, они не хотели уезжать? — он медленно покачал головой, и я поняла, что он не догоняет. И не сможет, пока я не расскажу всю правду.
Дрейвен откинулся на спинку стула, и я глубоко вдохнула.
— У меня нет магии. И у моих сестер тоже.
Дрейвен молчал, его лицо не выдало ни единой эмоции после моего признания.
— Нас прокляли, — я принялась нервно перебирать пальцами. — Наша бабушка. Это вышло случайно. Перед смертью она хотела благословить нас, но по старости все перепутала, обронила не те слова и вместо благословения оставила нам проклятие. Из-за этого ушел отец.
Глаза Дрейвена недобро сверкнули.
— Я была такой наивной. Думала, он ушел искать способ снять чары. Была уверена, что он вернется. Каждый божий день торчала у окна, высматривая его. Ждала. Со временем я выросла и поняла, что он не вернется никогда. Мы пытались снять проклятие сами, — я заговорила быстрее, чувствуя, как нарастает тревога. — Искали заклинание за заклинанием. Нанять Разрушителя проклятий нам было не по карману. А потом я встретила Джонаса. Влюбилась в него и решила открыться, — голос задрожал. — Вместо того чтобы понять, он предал меня: донес магистратам, что мы незаконно живем в Ведьминских землях без магии. Получил за это кругленькую сумму. К счастью, я узнала об этом вовремя — подслушала его разговор с ними. Мы тут же бросили единственный дом, который знали. С тех пор мы вечно в пути, кочуем с места на место, чтобы никто не заподозрил неладное — ведь четыре ведьмы почему-то совсем не пользуются магией.
Дрейвен не шелохнулся.
— Пожалуйста, скажи хоть что-нибудь, — заерзала я на стуле.
Он поднялся, подошел ко мне и опустился на колени, сжав мои ладони в своих.