Благо, что телефон так и лежал на столе. Там, куда я положила его ещё утром, до всего этого
безобразия, картины которого тут же пронеслись в моей голове, заставив меня покраснеть до
пальчиков на ногах. Ну гад же. Распутный гад! Вот только тело моё было почему-то с этим
категорически не согласно. Чертыхнувшись, села и погрузилась в мир доставки еды, выбирая
разносолы: две большие пиццы, роллы, всё, что выглядело сытно. Потом, с чувством
выполненного долга, налила кофе и вышла на балкон. Июньское небо заволокло тучами, и уже
через минуту первые капли дождя загнали меня обратно в квартиру.
Я сидела за столом и пыталась не думать. Не думать о сне. Не думать о нём. Не думать о том,
что происходит и уж тем более о том, что будет дальше. Заставляя себя думать о мужчине,
который сейчас лежал в моей кровати, который делал со мной такое, что тело ныло до сих пор,
и это при том, что до самого сладенького мы так и не дошли. Интересно почему? Потому что я
такая глупая дура, которая не умеет ничего? И даже минет нормально сделать?
— Хоть посмотреть, как это люди-то делают… — шикнула я, делая самую тупейшую вещь на свете.
Рука сама потянулась в поиск. Пальцы побежали по клаве, набирая текст в поисковой строке:
«Как правильно делать минет».
Глупо. Унизительно. Но он сказал – «не хватает практики».
— Практики ему не хватает. — Бубнила я, разглядывая картинки, включая ролики, понимая, что
от щёк уже хоть прикуривай. — Товааарищ капитааан… Мамочка, это как? — Я икнула, перематывая
ролик, не веря тому, что видели мои глаза. — Как он туда поместился? Её же вырвать должно!
Господи, кошмар какой-то!
Облизывая, покусывая губы, я трогала своё горло, искренне не понимая, как такое вообще в
принципе возможно.
Я читала, хмурясь. «Избегайте зубов… Контролируйте глубину…»
– Блин, да где эта глубина? — открыв рот, повернулась к зеркалу, пытаясь заглянуть туда и
найти эту самую глубину. — Охереть… Это реально невозможно. Без вариантов же! Ну не
поместится, как ни пытайся.
Я вспоминала прошедшее утро. Как неумело я почти давилась. Как саднило горло, понимая, что
вот так не научусь никогда, так и умру, не научившись, как надо.
— Невозможно. — Вздохнула я, закрывая глаза и тут же упираясь во что-то… твёрдое. Чувствуя
на плечах тепло и давление мужских ладоней.
— Возможно, киса. — Тихий, низкий, чуть хриплый голос у самого уха. — Я тебя научу.
Обязательно.
Я ахнула, и телефон с глухим бздзыньком шлёпнулся на стол. Дан стоял за моей спиной и
смотрел на меня. Его взгляд скользил по моим губам, шее. — Зачем оделась?
Уфф… Прожёг до основания, одной фразой. Этим вот взглядом, ещё затуманенным сном, этой
улыбкой в уголке чувственных, чуть полноватых губ – той самой, опасной усмешкой, от которой
моё сердечно пропускает удар. Уже по привычке..
– Боже, – выдохнула я, чувствуя, как горит всё лицо, готовая провалиться сквозь пол.
Испанский стыд!
Он не спеша протянул руку, поднимая мой телефон. Посмотрел на экран. Его бровь медленно
поползла вверх. Потом он перевёл этот тяжёлый, насмешливый взгляд на меня.
– Серьёзно? – В его голосе запрыгали смешливые нотки. – Теорию изучаешь?