Борис поцеловал меня в щёку ещё раз.
– Ещё нужно зеркало в прихожей, – мне стало так радостно, что Боря соглашается, что я, как в детстве, не удержалась и сказала о сокровенном, – и морозилку надо. Так проще готовить и дешевле выходит.
– А вот это повременим немного. Сейчас купим всё по предыдущему списку онлайн и ещё нам надо больницу обустроить.
– Какую больницу? – не поняла я.
– Для динозавров. Мы с Семёном решили комод в его комнате превратить в стационар. На верхних этажах хирургические отделения, на нижних –терапия.
От возмущения я едва не свалилась с коленей Бориса.
– Какой стационар? А куда тогда одежду Сёмы складывать?
Боря удержал меня на коленях. Сильно, но нежно, словно птенчика, прижал к груди. Скосил глаза, на стоящего в дверном проёме Семёна. И проговорил громко, чтобы сыну было хорошо слышно.
– Люда, у всех здесь должен быть настоящий дом. И у тебя с полотенцами, и у меня с моей кружкой, и у Семёна с его динозаврами. А комод можем купить ещё один. Надо?
Мне на глаза навернулись слёзы.
– Надо. Нашей семье всё надо.
– И гипс для трицератопса. У него открытый многооскольчатый перелом ноги, – выпалил Семён, поняв, что о нём тоже заботятся.
– И гипс. Но вначале полотенца и остальное для мамы. Мы мужчины, должны сделать жизнь женщины легче. В этом наше предназначение. Верно?
Борис задал вопрос с весёлой улыбкой. Но на лице Семёна отразилось удивление. Игорь никогда так не говорил. Сын подумал и ответил тихо, но убеждённо:
– И чтобы они улыбались, да?
– Верно! Пойдёмте заказывать то, что пообещали. Иначе какие мы мужчины?
И сын кивнул. А я едва снова не расплакалась. Только теперь оттого, что у моего сына появился отец.
В зале суда пахло старым деревом, пылью и страхом. Мы сидели с Борисом плечом к плечу и были больше похожи на двух борцов перед рингом, которым предстоял матч со сложным противником.
Он держал мои руки своими огромными ладонями. Медленно, почти медитативно, поглаживал дрожащие пальцы. Напоминал, что я теперь не одна. Мы теперь вместе.
Игорь сидел напротив с адвокатшей – молодой женщиной в безупречном костюме, чей холодный взгляд сканировал нас, как рентген. Меня он выводил из равновесия. Пугал.
От её взгляда в животе холодело, а пальцы сами собой впивались в ладонь Бориса. Тот только ещё сильнее прижимал мои руки.
За два месяца подготовки к этому дню мы с Борисом готовили бумаги, лечили Семёна, переезжали и решали вопрос с реабилитацией. А ещё женились, переносили заседания суда, встречали опеку и разговаривали.
Мы уже начинали чувствовать себя парой, лучше понимали друг друга. Узнавали привычки и любимые вещи. Но сейчас в зале суда мы снова были двумя напуганными одиночками, играющими в семью.