Я тебя соберу
Выйдя из тренировочного зала отделения реабилитации, я двинулся к душевой. Оттуда, явно опаздывая, выскочила Кислицына. На ходу она застёгивала сумочку, из которой торчал непослушный фен.
– О! Борис Леонидыч, привет! Я, кажется, забыла своё полотенце на крючке. Можешь захватить с собой? А я приду на процедуры и заберу.
– Привет. А сама что не заберёшь?
– Опаздываю! Мне ещё халат гладить. Стояк по ординаторским выключили, пришлось сушить на дверце шкафа.
– Понял, сделаю. Мне ты без страха можешь доверить своё полотенце.
– Мой геро-о-ой!
Кислицына покачала своей белокурой головой и умчалась по коридору, едва не сбив с ног новую медсестру Леночку. Та метнула в меня удивлённый взгляд и неловко потупила взгляд. Вот только сплетен про нас с Кислицыной мне не хватало!
– Борис Леонидович, доброе утро! Там это, – сбивчиво начала медсестра, – звонили из Харыбинской ЦРБ. Везут ребёнка с сочетанной травмой.
– Доброе. А сами что? У них же Шабалин есть?
– Шабалин в хлам, а там набор лего, как я поняла.
Я поморщился.
– Елена, давайте договоримся, – я постарался донести свою мысль тихо, но убедительно, – вы у нас недавно. Мы можем себе позволить называть сломанные кости набором лего или конструктором, только от отчаянья. Вместо мата, понимаете? В моменты, когда не можем справиться с эмоциями и только между собой. В обычных условиях или при пациентах и их родителях, так говорить недопустимо.
– Понимаю, извините.
Щёки Лены покрылись румянцем, и она, прикусив губу, отвела взгляд.
– Вы к нам из наркологии, а здесь детская больница. Здесь другой тон и такта больше. Давайте не будем пугать пациентов.
Девушка недовольно поджала губы. Ничего, это полезно, учиться сразу.
– А вы их не пугаете своими мускулами?
Теперь недовольно поджать губы хотелось мне.
– Я стараюсь не пугать. Мышцы мне не для внешнего антуража. Физкультура в нашей профессии просто необходима. У нас травматология. Здесь часто надо физически помогать. – Лена хотела что-то сказать, но я не дал. – Так что давайте учиться работать в детской больнице. И готовьте перевязочную, я скоро подойду.
Елена кивнула и умчалась в отделение. Теперь уже у меня начало заканчиваться время. Я действовал на автомате. Вымылся в душе, вытерся насухо. Сразу натянул хирургический костюм на ноющие от нагрузки мышцы. Мокрые короткие волосы расчесал без фена.
День в травматологии уже гремел каталками, стучал костылями и шлёпал тапочками. Где-то плакал ребёнок, а мне из ординаторской ещё на подходе было слышно звучное: