И полная беспомощность.
Я бежала после звонка в ЦРБ, ничего не понимая. А потом, как обухом по голове: Сёму сбила машина! Ему что-то кололи, но я понимала только одно: лечить его не будут, и сын останется лежачим.
Лежачим! Только я знала, как это на самом деле! На практике!
Врачи говорили что-то про отсутствие оборудования, и когда предложили ехать в областную больницу, я согласилась без звука. Просидев возле Сёмы всю ночь, выехала вместе с ним в город.
Каждую секунду пыталась провалиться в забытьё, но звуки вокруг слышала. Тишина после скорой была обманчивой. Она напоминала белый шум. Высокий, звенящий гул в ушах, под который пробирались звуки-призраки.
Скрип каталок, сдавленный плач, металлический лязг. Каждый из них рвал без пощады незаживший шрам. Десять лет назад эти звуки съели папу. Сначала его движение, потом голос, потом – саму жизнь, по миллиметру в день.
Все больницы пахнутодинаково: дезинсептиком, горем и беспомощностью. Этот запах заполнил лёгкие, и меня затрясло. Я вцепилась в краешек Сёмкиной куртки с нашивкой в виде динозавра.
Держалась так сильно, словно боясь, что его может унести туда, откуда не возвращаются. И именно так я и чувствовала. Цеплялась, перетягивая сына у смерти. Даже суставы побелели.
Куртку сын выбирал сам. Если я отпущу, его унесёт. Уволочёт туда, откуда не возвращаются. И я не могла его отпустить. Собиралась бороться до конца!
– Здравствуйте. Меня зовут Борис Леонидович Акимов. Я ваш лечащий врач.
Рывком вернувшись в реальность, я увидела его. Огромный. Амбал, закрывающий грудой мышц выход из кабинета. Не доктор, а грузчик, с мышцами, едва не разрывающими медицинскую одежду.
Широкие плечи, которые могли разломать дверной косяк. Уставшее, резкое, будто вырубленное топором из куска гранита, лицо. В глазах – никакой теплоты, только быстрая оценка пациента, а потом удивление.
Фигура в синем хирургическом костюме застыла. Тренированные плечи напряглись. Качок, а не врач. Разве такому можно доверить Сёму? Ему же не оперировать, а поднимать гири надо.
Где настоящий доктор? Где седой профессор в очках и доброй улыбкой, который скажет «не волнуйтесь»?
– К-как ваше имя?
Вопрос прозвучал с придыханием. Он что, ещё и заикается?
– Игнатьева Людмила Павловна.
– К-как и при каких обстоятельствах была получена травма?
Голос врача стал твёрже.
– Вчера в половине седьмого сын возвращался с тренировки по карате, а там поворот и машины всё время вылетают на пешеходный переход. Вот Сёму и зацепило. – И тут же, совершенно не к месту, спросила, словно шагнув в обрыв, – он… он будет ходить?