— Максим? Что-то стряслось на выходных? — раздался в трубке удивленный баритон шефа.
— Добрый вечер, Игорь Викторович, — я включил свой фирменный, абсолютно спокойный, но не терпящий возражений тон. Мой голос звучал иначе, чем обычно у Максима — без заискивания и лишних эмоций. — У меня возникли непредвиденные семейные обстоятельства критического характера. С завтрашнего дня я беру отпуск за свой счет. Минимум на три недели.
На том конце провода повисла озадаченная пауза. Максим никогда не брал отпусков ради семьи.
— Семейные? Максим, у нас конец квартала горит, тендер по северному направлению…
— Игорь Викторович, вопрос не обсуждается, — жестко, с металлом в голосе перебил я. В прошлой жизни я был тем, кто увольнял таких директоров. — Это вопрос жизни и смерти. Направление не просядет. Мой заместитель полностью в курсе всех операционных процессов. Она возьмет управление на себя. Будьте уверены, справится. Завтра утром я пришлю официальное заявление.
— Ладно… — опешил директор, сбитый с толку моим напором. — Решай свои проблемы. Но чтобы заместитель был на связи постоянно.
— Будет. До свидания.
Я сбросил вызов. Первая фаза завершена. Теперь вторая. Я нажал на контакт Алины. Гудки шли долго. Наконец, трубка щелкнула, и на меня вылился поток эмоций:
— Ко-о-отик! — сладко, с интимными нотками протянула она. На фоне играла клубная музыка. — Ты чего звонишь? Жена уснула, и тебе стало скучно? Хочешь приехать? Я как раз примеряю тот комплект, который…
— Закрой рот и слушай внимательно, — резко оборвал я ее.
Музыка на фоне стала тише.
— Макс? Ты чего? Пьяный, что ли? — ее голос мгновенно потерял игривость, сменившись капризным раздражением.
— Я абсолютно трезв, Алина. И я говорю с тобой в последний раз вне рабочих рамок, — я чеканил каждое слово. — С завтрашнего дня я в отпуске на три недели. Ты — исполняющая обязанности руководителя направления. Игорь Викторович предупрежден. Завалишь тендер — вылетишь на улицу с волчьим билетом.
— Какой отпуск?! — взвизгнула она, растерявшись. — Макс, ты совсем охренел?! А как же наши выходные в Сочи? Ты обещал! Я уже…
— Наши отношения закончены. Прямо здесь и сейчас, — мой голос был абсолютно лишен эмоций. — Больше никаких «котиков», никаких ресторанов, никаких отелей. Между нами только должностные инструкции.
— Ты меня бросаешь?! Ради кого?! Ради этой своей забитой мыши?! Да ты сам говорил, что она тебя тошнит! — Алина сорвалась на истерику. Ее эго было уязвлено.
— Еще одно слово о моей жене, — я понизил голос до угрожающего шипения, от которого мороз шел по коже, — и ты больше не найдешь работу ни в одной компании. Если попытаешься написать мне, позвонить с личным вопросом или приблизиться ко мне ближе, чем на метр в офисе — ты уволена в тот же день. Я ясно выражаюсь?