Он остановился у ворот, обернулся.
— А пока что — коптильни опечатаны, производство остановлено, товар конфискован. Хорошего дня, игумен.
Он вышел, и стражники последовали за ним, закрыв ворота.
Серапион стоял посреди двора, глядя на опечатанные коптильни — на них висели печати Волостного двора, красные, с гербом Авиновых.
Артель стояла в стороне, растерянная, не понимая, что произошло.
Агапит подошёл к Серапиону.
— Отец, что случилось?
Серапион вздохнул, его голос был усталым:
— Касьян закрыл промысел, он использовал Устав против нас, обвинил в создании Крупного Промысла без разрешения.
Агапит побледнел.
— Но… мы же ничего не нарушали!
Серапион покачал головой.
— Нарушали, Агапит, мы превысили объём малого промысла, мы создали крупное производство, и это требует разрешения Волостного двора, которого у нас нет.
Он посмотрел на коптильни.
— Мирон был прав: чем больше мы производим, тем легче нас ударить через бюрократию.
Агапит опустил голову.
— Что будем делать?
Серапион вздохнул.
— Ждать Мирона, он на Ярмарке, заключает контракты, он ещё не знает, что произошло.
Он повернулся к артели.
— Расходитесь, работа остановлена до решения Волостного двора.
Ребята молча разошлись, и двор опустел.
Серапион остался один, глядя на опечатанные коптильни.
Мы проиграли. Касьян переиграл нас. Он не атаковал напрямую, он использовал закон, бюрократию, правила.
И мы не были готовы к этому.
Он вздохнул и пошёл в церковь — молиться.
Струг Тихона стоял у причала, окружённый стражниками с алебардами.
Тихон стоял на берегу, лицо его было красным от гнева.
— Вы не имеете права изымать мой товар! — кричал он Касьяну. — Я заплатил за него честно!
Касьян стоял спокойно, скрестив руки на груди.
— Право у меня есть, Тихон, товар произведён с нарушением Устава, а значит, он незаконен, ты купил незаконный товар, и теперь он изымается.
Тихон сжал кулаки.
— Я потерял тридцать рублей! Ты понимаешь это⁈
Касьян усмехнулся.
— Понимаю, и это твоя проблема, ты должен был проверить, что покупаешь товар у законного поставщика, а не у мальчишки, который нарушает правила.
Он повернулся к стражникам.
— Разгрузите струг, товар отправьте на склад Волостного двора, там его оценят и решат, что с ним делать.
Тихон схватил Касьяна за рукав.
— Касьян, послушай, это несправедливо, мальчишка Заречный действовал честно, он не знал, что нарушает Устав!
Касьян стряхнул его руку.
— Незнание закона не освобождает от ответственности, Тихон, ты это знаешь.
Он усмехнулся.
— И да, передай мальчишке, когда увидишь его, что игра окончена, он проиграл.
Касьян развернулся и ушёл, оставив Тихона стоять на берегу, глядя, как стражники разгружают его струг.