Но пока что — успех. Три контракта. Сорок бочек. Автономия.
Пусть попробует меня остановить.
Серапион стоял у окна трапезной, наблюдая, как артель работает во дворе — пацаны таскают дрова, трудники готовят новую партию рыбы, дым валит из коптилен.
Всё шло хорошо.
Слишком хорошо.
Мирон на Ярмарке, заключает контракты, расширяет сбыт. Дело растёт. Но чем больше оно растёт, тем больше привлекает внимания.
Он услышал стук в ворота — резкий, властный, настойчивый.
Серапион нахмурился.
Кто это может быть?
Дядька открыл калитку, и во двор вошли трое.
Касьян — высокий, массивный, в чёрном кафтане.
Двое стражников — с алебардами, в кольчугах.
И третий — мужчина средних лет, в добротном сером кафтане, с кожаным портфелем под мышкой, с холодными, умными глазами.
Чиновник.
Серапион вышел из трапезной, направляясь к ним.
— Касьян, — сказал он спокойно. — Чем обязан визиту?
Касьян усмехнулся.
— Игумен Серапион, позволь представить — Тимофей Волостной, писарь Волостного Двора, он здесь по делу.
Тимофей шагнул вперёд, его взгляд скользнул по двору — коптильни, дым, штабеля дров, бочки, артель.
Он кивнул медленно, как будто что-то подтверждая для себя.
— Игумен Серапион, — сказал он ровно, без эмоций. — Я пришёл по жалобе гражданина Касьяна на нарушение Устава Обители.
Серапион выпрямился.
— Какие нарушения?
Тимофей достал из портфеля свиток, развернул его, начал читать:
— Согласно Уставу Обители, утверждённому Волостным двором, монастырь имеет право на малый промысел для собственных нужд и продажу излишков. Малый промысел определяется как производство объёмом не более пяти бочек готового товара в год.
Он поднял голову, посмотрел на Серапиона.
— Вы превысили этот объём?
Серапион сжал губы.
— Мы продали несколько партий копчёной рыбы, это правда, но это излишки нашего промысла, мы не нарушали Устава.
Тимофей усмехнулся — холодно, без юмора.
— Излишки, — повторил он медленно. — Игумен, позвольте мне объяснить разницу между излишками и постоянной торговлей.
Он шагнул к коптильням, указал на них рукой.
— Три коптильни. Две действующие, одна строится. Каждая коптильня производит примерно пятнадцать бочек в неделю, если работает постоянно.
Он повернулся к Серапиону.
— Три коптильни — это сорок пять бочек в неделю. Это не излишки, игумен. Это Крупный Промысел.
Серапион нахмурился.
— Мы не работаем постоянно, мы производим по мере необходимости.
Тимофей покачал головой.
— По мере необходимости? Позвольте мне напомнить.
Он достал из портфеля ещё один документ — учётные записи кузнеца.
— Неделю назад мальчишка Заречный, действующий от имени Обители, заказал у кузнеца девяносто метров железных полос для стягивания тары. Девяносто метров, игумен. Это достаточно для изготовления обручей примерно к сорока бочкам.