В горле пересыхает. Он что, серьезно?! Вознамерился меня завоевать не мытьем так катанием? Вроде как, смотри, Женечка, какой я во всех отношениях положительный!
– Я не пойму… Так это все же по твою душу приходили?! – непонимающе хлопаю глазами.
– Нет, Жень. По мою, – качает головой отец. – А Леван просто удачно подвернулся под руку. У него к этим ребятам свои счеты… Да?
– Значит, на тебя хотели надавить?
– Это их обычная тактика, – пожимает плечами отец. – Мерзавцы, каких поискать.
– Чем они занимаются?
– Ну, зачем тебе эта грязь? Все стандартно. Контрабанда. Торговля оружием, в том числе – списанным армейским. Заказные убийства. Я веду эту шайку-лейку два года. И, видно, подобрался слишком близко… Извини, что не смог защитить.
– Почему же не смог? С Ниной все хорошо. Разве не ты научил ее правилам безопасности?
– Да, она умничка.
– Так, а чем тебе поможет Левон? Он имеет какое-то отношение к этой банде? – У меня холодеет в затылке.
– С ума сошла?! – рявкает тот.
– Коней придержи, – в свою очередь заводится отец. – С моей дочерью все-таки разговариваешь!
– И что, мне теперь всякий бред выслушивать?! – взрывается Левон, выпуская наружу едва обуздываемый темперамент.
– Я не виновата, что ничего о тебе не знаю!
Замираем друг напротив друга, сжимая и разжимая кулаки.
– Леван – гений во всем, что касается всякого рода сделок и расчетов по ним. Если бы мне нужно было просто упрятать эту банду на пожизненное, поверь, за этим бы дело не стало. Но у нас другая задача. Через них мы можем выйти на гораздо более крупную рыбу. И Леван в этом может помочь.
– Левон, – устало замечаю я, вновь опускаясь на злосчастный стул.
– Давай все же остановимся на Леване, чтобы не рисковать. Ты даже неосознанно не должна реагировать на другое имя.
– Жесть.
Растираю лицо. Сведя брови к переносице, бросаю на Кахиани злой взгляд. Гений он, значит. Ну, класс! А мне что с этим гением делать? Само его появление в нашей жизни просто не укладывается в голове! И толку, что я та еще фантазерка.
Нежданно-негаданно меня с обочины жизни затаскивает в самую гущу событий, и я совсем не уверена, что это то, чего бы я для себя хотела, когда просила каких-то перемен.
Перевожу взгляд на свои руки. Они дрожат. Совсем чуть-чуть, но достаточно, чтобы это бесило. В голове нескончаемый шум. Картинки наслаиваются друг на друга: Нина с лопаткой в руке, глаза Левона в ту ночь, его ухаживания, лицо с фоторобота и почему-то кадры из фильма про Джеймса Бонда. И я где-то между. Морально взорванная. Не знающая, на что опереться.
– Ты можешь мне гарантировать, что Нине ничего не угрожает?