Он произнёс слова тихо, отчётливо, так, что их услышал каждый в этой комнате:
— Ты его спасёшь. Или умрёшь вместе с ним.
Я стояла посреди замершей комнаты, оглушенная тишиной, которую нарушало лишь прерывистое, почти неслышное дыхание Короля. Бессильные целители, столпы драконьей медицины, сбились в кучу у стены, как испуганные тени. Тайрен, словно зверь, запертый в клетке, метался от стены к стене, и каждый его шаг отдавался глухим ударом по каменному полу.
Я проигнорировала их всех.
Это была моя стихия. Смерть, болезнь, угасающая жизнь — то, с чем я работала каждый день. Я медленно подошла к огромному ложу, и в моих движениях не было ни страха, ни трепета перед умирающим монархом — лишь холодная, отстраненная сосредоточенность целителя.
Я опустилась на колени и осторожно коснулась пепельно-серой кожи Короля. Она была холодной, как мрамор. Я провела кончиками пальцев вдоль чёрной вены, похожей на уродливую трещину в фарфоре. Она слабо пульсировала, жила своей собственной, чужеродной жизнью. Мой взгляд упал на осколок чёрного обсидиана, который Тайрен всё ещё сжимал в кулаке.
Я уже знала этот материал. И эту магию.
Примитивно. Нестабильно. Как первая, неумелая работа ученика, который пытается создать шедевр смерти. Механика была проста и от того ужасна: проклятие не просто обращало плоть в камень, оно пожирало жизненную силу, чтобы подпитывать своё распространение. Это был паразитический ритуал. И чтобы ему противостоять, нельзя было просто поставить блок. Нужно было влить в него поток силы, настолько мощный, чтобы он захлебнулся, чтобы его перегрузило и сожгло изнутри. Это как тушить лесной пожар, обрушив на него целую реку.
Моего собственного дара, моей силы целителя, не хватит. Это будет капля в море.
Мне нужен был океан.
Я выпрямилась. Лицо моё, должно быть, было бледным, но взгляд оставался твёрдым. Я повернулась к Тайрену.
— Я могу это остановить, — тихо, но отчётливо произнесла я.
Слова камнем упали в тишину комнаты. Метания Тайрена прекратились. Все взгляды — изумленные, недоверчивые, полные надежды и презрения — устремились на меня.
— Что для этого нужно? — голос Тайрена был хриплым от напряжения. — Травы? Артефакты? Говори, ведьма!
Я посмотрела ему прямо в глаза, в самое полыхающее золотом нутро его страха и ярости.
— Ты.
Он застыл, его лицо исказилось от неверия и подступающего гнева.
— Это проклятие питается жизнью, — объяснила я быстро и чётко, не давая ему опомниться. — Чтобы его уничтожить, мне нужно влить в него силу, которая его сожжёт. Моей собственной не хватит, она лишь отсрочит конец на пару часов. Мне нужен источник. Могучий, неиссякаемый. Мне нужен ты. Ты станешь моим якорем. И моим оружием.