А мой единственный защитник, тот, с кем я была связана неразрывной цепью, лично бросил меня в лапы этого волка. И наслаждался зрелищем.
Что ж, теперь это стало настоящей борьбой за выживание.
Обратный путь в мои покои прошёл в звенящей тишине, которая была оглушительнее музыки бального зала. Тайрен не произнёс ни слова, просто шёл впереди, и его широкая спина в безупречном камзоле казалась непробиваемой стеной. Он довёл меня до двери и уже собирался уйти, когда я, движимая ледяным страхом, преградила ему путь.
— Тайрен, ты должен меня выслушать… Лориан мне угрожал.
Мой голос дрожал, но я заставила себя говорить. Он остановился, медленно повернулся, и на его лице было выражение скучающего превосходства, которое я успела возненавидеть.
— Угрожал? — он рассмеялся. Это был холодный, жестокий смех, лишенный всякого веселья. — Он оказал тебе честь, ведьма. Он танцевал с тобой. Большинство драконов не подошли бы к тебе и на три шага. Ты должна быть благодарна.
— Он говорил не о танце! — отчаяние придало моему голосу сил. — Он говорил, что от таких, как я, избавляются. Что принцы устают от своих игрушек. Он говорил о саботаже, о том, что нужно избавляться от старого, чтобы построить новое!
Я видела по его лицу, что он не верит ни единому слову. Он видел в этом лишь жалкую попытку очернить его фаворита, посеять раздор. Ревность, интриги — это всё, на что, по его мнению, способны люди. Его глаза потемнели, он шагнул ко мне и жёстко схватил за подбородок, заставляя смотреть ему в глаза.
— Ревнуешь, ведьма? — прошипел он, и его дыхание было холодным, как зимний ветер. — Испугалась, что твоё место рядом со мной займёт кто-то более достойный? Запомни, ты здесь, пока я этого хочу. А твои попытки манипулировать мной вызывают только жалость.
Он грубо оттолкнул меня. Я пошатнулась, а он, не оборачиваясь, вышел, и тяжёлая дубовая дверь захлопнулась с оглушительным треском, ставя точку в этом разговоре.
Я осталась одна, разбитая, в тишине своей золотой клетки. Осознание того, что я в смертельной опасности и никто мне не поможет, было почти физически ощутимым.
* * *
Следующий день стал пыткой тишиной. Тайрен не появлялся. Никто не приходил, кроме молчаливой служанки с подносом. Я сидела у окна, вслушиваясь в каждый шорох в коридоре, и ждала. Чего? Я и сама не знала. Может быть, людей Лориана, которые придут исполнить его угрозу. А может, Тайрена, который наконец поймёт, что я не лгала. Эта неизвестность была просто невыносима.
Ночь опустилась на дворец, густая и беззвучная. Я не зажигала свечей, просто сидела в кресле, глядя в темноту за окном и думая, как мне выжить.