Наконец я добрался до фланговой стрелковой ячейки. Она оказалась довольно большой, с сектором обстрела на сто восемьдесят градусов. Широкая амбразура была прикрыта сверху бревном и замаскирована жердями и срезанными ветками.
Посередине, на чем–то вроде земляного «стола» возвышался ОН.
Пулемет «Максим». Дедушка. Легенда.
Огромный, с массивным ребристым кожухом ствола, и большим стальным щитком. На колесном станке. Толстый «хобот» смотрел в поле.
Рядом лежали два бойца. Первый уткнулся лицом в казенную часть ствольной коробки, на его затылке виднелось выходное отверстие пули. Второй привалился плечом к колесу, на спине расплывалось огромное кровавое пятно. Он сжимал в руках длинную холщовую ленту. Пустую. Патроны были рассыпаны вокруг. Блестящие, маслянистые. Тут же валялись раскрытые цинки. Видимо, смерть застала бойца в тот момент, когда он собирался набить ленту.
Я схватил наводчика за плечи и бережно оттащил в сторону. Потом осмотрел пулемет. Я не только видел такие, но даже несколько раз разбирал–собирал — нам в батальон привезли почти два десятка со складов резерва, выпущенных на Ковровском заводе в 1943 году. Их ставили на турели и использовали в качестве локального ПВО.
Рванул рукоятку зарядки. Она поддалась, но тяжело, туго. Однако механизм работал. Тогда я откинул крышку. Внутри было чисто, затвор поблескивал от масла. Вот только лента в лентоприемнике отсутствует. Я огляделся. Но ни одной снаряженной ленты не обнаружил. Неужели пулеметчики расстреляли весь боезапас? А, нет — вот, есть одна с патронами.
Я аккуратно, чтобы не допустить перекоса, вставил ленту в приемник. Опустил крышку. Еще раз рванул рукоятку. Дослал патрон.
Всё! «Максим» приведен в боевое положение.
Я взялся за удобные деревянные рукоятки гашетки, выглянул в смотровую щель.
И остолбенел.
В поле, метрах в пятидесяти от моей позиции, шла в атаку шеренга пехоты. Я наблюдал их немного сбоку — оказался точно у них на фланге.
Их было очень много — под сотню или даже больше. Я уже давно не видел, чтобы враг ходил в атаку такими густыми цепями. А эти шли в полный рост. Почти ровной линией, как на параде. На них были надеты серые мундиры, короткие сапоги и характерные «натовские» каски. В руках они держали винтовки «Маузер». А у некоторых я увидел пулеметы «МГ–34».
Наёмники? Они выглядели точь в точь, как немцы. Те самые, из фильмов про Великую Отечественную.
Я не колебался ни единой секунды — да похрен, кто это, немцы или папуасы — эти уроды шли по моей земле, шли убивать русских людей — большие пальцы с силой нажали на тугую гашетку.