И если сеть под моим садом, то почему только под моим? Как неизвестный мастер смог это устроить, оставаясь незамеченным?
Я прошёл к забору. Перебрался через него, вышел на узкую тропинку между нашим двором и соседним участком. Там росла обычная трава. Крапива у канавы. Пара одуванчиков. Дикий клевер.
Но я присел и проверил, точно ли там нет духовных растений. А потом тихо выругался. Они были и там.
Я прошёл дальше, к старой изгороди Марты. Потом к дороге. Потом до первого поворота на главную улицу. Везде одно и то же. Не плотная сеть, как у нас во дворе, но отдельные узлы встречались постоянно. Клевер. Мох. Вьюнок. Незаметные сорняки вдоль канав. Папоротник в тени заборов. Мелкие духовные растения, которые любой крестьянин счёл бы обычной зеленью. Да что там крестьянин — я ведь думал точно так же…
Я вернулся к дому перед рассветом, выяснив, что эта сеть накрывает всю деревню.
Фаэлина не спала. Через окно было видно, как она ходит по кухне. Потом она начала закрывать ставни. После этого повесила плотную ткань на дверной проём.
В целом это было бесполезно, пыльца пройдёт через щели, через ткань. Но говорить, разумеется, не стал: иногда людям нужно делать хоть что-то, чтобы почувствовать хотя бы маленький контроль над ситуацией. С остальным справится формация.
Следующий день я работал безостановочно. Фаэлина и Гуля тем временем собирали сундуки. Укладывали тёплую одежду, предметы быта, дорогую посуду, украшения и все вещи, которые пригодились бы при переезде. Мебель мы решили оставить.
Между тем я пытался трезво вспомнить последние семь лет, и прикинуть, на какие мои поступки влияла чуждая эссенция.
Моей ли была идея пореже ездить в Циншуй? По своей ли воле я принимал решение в очередной раз отложить дела филиалов? А когда Самир говорил правильные вещи, а я кивал, обещал подумать и через пару дней снова успокаивался — кто управлял моими решениями?
Я стоял посреди двора, держа в руках очередную склянку с пыльцой, и чувствовал, как злость становится все более холодной и плотной. На неизвестного врага и на себя. Особенно на себя.
Я ведь знал про ментальные техники! Знал про яды, воздействующие на волю. Знал про духовные испарения, способные менять настроение. Сам варил зелья, которые успокаивали больных, снимали панику, подавляли ярость и боль у раненых бойцов. И всё равно позволил годами влиять на себя через воздух рядом с собственным домом.
Смешно…
Хотелось уничтожить сад к чертям. Лёд, тени, алхимия — способов хватало. За минуту от этого двора осталась бы чёрная земля. Только вот если кто-то следит за системой, уничтожение ключевого узла сразу даст ему сигнал — это во-первых. А во-вторых, растения были уликами. В-третьих, я уже видел, что дело не только в моём дворе.