— Лорд Рейнар, — сказала я, и голос мой прозвучал тише, чем хотелось.
Он обернулся.
И мир остановился.
В утреннем свете его глаза были светлыми — почти серыми, только в самой глубине мерцало золото. Лицо — спокойное, но не холодное, с той особой мягкостью, которая бывает только у людей (или нелюдей), умеющих быть наедине с собой и не нуждающихся в вечной суете.
— Леди Анна, — он чуть склонил голову, и в этом жесте не было ни капли той снисходительности, с которой кланялся Корвин. Только уважение. И еще что-то, от чего у меня внутри все перевернулось.
— Я подумала, что невежливо оставлять гостя одного, — сказала я, делая шаг вперед. — Завтрак подан, но вы предпочли сад.
— Сад прекрасен, — ответил он просто. — Я не мог уйти, не попрощавшись с ним. Надеюсь, вы не сердитесь на вторжение?
— Это не вторжение, — я подошла ближе и встала рядом, глядя на пруд. — Сад рад гостям. Он вообще гостеприимный.
— Как и его хозяйка, — тихо сказал Рейнар.
Я покосилась на него. Он смотрел на воду, но краем глаза я видела, как дрогнули его губы — чуть заметно, в полуулыбке.
— Вы здесь выросли? — спросил он после паузы.
— Можно сказать и так, — ответила я осторожно. — Я вернулась сюда несколько лет назад. До этого жила… далеко.
— В столице?
— Еще дальше.
Он повернул голову и посмотрел на меня с любопытством — живым, настоящим, без той оценивающей холодности, с которой Ирма разглядывала мои платья.
— Еще дальше, чем столица, — повторил он. — Звучит интригующе.
— Это просто другой мир, — сказала я и сама удивилась своей откровенности.
Но Рейнар не удивился. Он кивнул так, будто я сказала что-то совершенно обыденное.
— Миров много, — ответил он. — Драконы это знают лучше других. Мы видим границы тоньше, чем люди.
Я замерла. Он знает? Догадывается? Или просто говорит о своем, драконьем?
— Вы видите… другие миры? — спросила я осторожно.
— Иногда. Во снах, — он посмотрел на меня, и в его глазах мелькнуло то самое золото. — Во снах мы видим многое. И многое понимаем.
Сон. Мой сон. Я густо покраснела и отвернулась к пруду, делая вид, что разглядываю кувшинки.
— У вас красивый сад, — сказал Рейнар, и голос его звучал ровно, без намека на то, что он читает мои мысли. — Я обошел его почти весь, пока вы завтракали. Там, за яблонями, есть укромный уголок с дикой мятой и чабрецом. Вы там часто сидите?
— Откуда вы знаете? — вырвалось у меня.
— Трава примята, — он улыбнулся — впервые так открыто, и улыбка эта преобразила его лицо, сделав почти мальчишеским. — И запах мяты на скамье. Там кто-то сидит подолгу. Я подумал — может быть, вы.