— Я, — призналась я. — Это мое любимое место. Особенно вечером, когда солнце садится.
— Я бы хотел увидеть этот закат, — тихо сказал Рейнар. — Если вы позволите.
Сердце пропустило удар. Он просит разрешения? Он, дракон, лорд, друг столичных родственников, просит у меня, провинциальной помещицы, разрешения посмотреть на закат в моем саду?
— Конечно, — ответила я, и голос мой предательски дрогнул. — Если вы еще будете здесь к вечеру.
— Я буду, — сказал он просто. И в этой простоте было столько уверенности, что у меня перехватило дыхание.
Мы стояли у пруда, и утро текло мимо нас — птицы пели, солнце поднималось выше, где-то в доме звенела посудой прислуга. А мы просто стояли рядом, и это «рядом» было важнее всех слов.
— Ваши родственники, — нарушил молчание Рейнар, — они надолго?
— Три-четыре дня, — ответила я. — Так они сказали.
— Много, — в его голосе послышалась легкая усмешка. — Для вас это испытание.
Я удивленно посмотрела на него.
— Вы так думаете?
— Я вижу, — он чуть склонил голову, разглядывая меня. — Вы человек, которому нужно пространство. Тишина. Возможность быть одной. А они… они несут с собой шум.
— Это заметно?
— Только тому, кто умеет смотреть.
Я отвела взгляд, чувствуя, как щеки снова заливает краской. Он смотрит. Он видит. Он понимает. Это было и страшно, и невероятно приятно.
— А вы, лорд Рейнар? — спросила я, чтобы перевести внимание с себя. — Вы любите тишину?
— Драконы вообще молчаливы, — ответил он. — Мы говорим, когда нужно. Остальное время просто слушаем.
— И что вы слышите сейчас?
Он помолчал, прикрыв глаза, будто и правда прислушивался.
— Воду. Птиц. Как растет трава — это почти неслышно, но можно уловить, если настроиться. Ваше дыхание. И то, как бьется ваше сердце — чуть быстрее обычного.
Я замерла. Он слышит мое сердце? Он может…
— Я не хотел вас смущать, — тихо сказал Рейнар, открывая глаза. — Просто ответил на вопрос.
— Вы… вы всегда такой прямой? — выдохнула я.
— Всегда, — он улыбнулся уголками губ. — Драконы не умеют врать. Это наша особенность. И наша проблема.
— Проблема?
— В мире людей ложь необходима, — он пожал плечами. — А мы не способны даже на маленькую невинную ложь. Поэтому мы редко бываем среди людей. Слишком заметно, когда дракон молчит — но как только он открывает рот, правда бьет ключом, и это часто пугает.
— Меня не пугает, — сказала я, и это было чистой правдой.
Рейнар посмотрел на меня долгим взглядом. В золоте его глаз я увидела отражение неба, деревьев и себя — маленькую, но почему-то важную.
— Я знаю, — ответил он. — Я это чувствую.