Как и забота о ребёнке. И этот перекос, вкупе с постоянным давлением, которое он оказывал на меня, чтобы я «успокоилась» и стала менее весёлой и спонтанной, в итоге и привели к тому, что я подала на развод. Пока мы были вдвоём, я ещё могла тянуть всё — уборку, готовку, составление расписаний. Но когда появился новорождённый — всё. Меня накрыло.
Я была на пределе.
С тех пор я одна. Готова ли я к свиданиям? Вполне. Влюбиться? Не исключаю. Но вот снова жить с мужчиной я не хочу никогда. И замуж — тоже никогда.
Би пожимает плечами.
— Раз ты говоришь, что хочешь веселья, пошли веселиться. Я первая на вокалиста!
— А я — на барабанщика, — отвечает Дотти, просовывая руку в мою. — Посмотрим, кто победит в гладиаторском поединке глазами.
Смеясь, я позволяю сестре утащить меня на танцпол. Уже поздно — по крайней мере, по моим меркам, ведь я ложусь спать сразу после того, как Джун засыпает в половине восьмого — и в баре уже полно народу.
Но Дотти есть Дотти: она ловко протискивается сквозь толпу и находит нам местечко прямо перед сценой. Музыка здесь такая громкая, что кроме самой песни и грохота сапог по потёртому деревянному полу я больше ничего не слышу.
Виски ударяет в кровь, и я вскидываю руки, когда группа заводит бодрую версию старой песни Тима Макгроу. Мы с сёстрами танцуем, двигаясь вместе с толпой и надрываясь на всю глотку сначала под Тима, потом под кавер на Аланa Джексона, затем — Шанайю Твейн и несколько песен Джорджа Стрэйта.
Когда заканчивается переделанная версия «It Just Comes Natural», Би складывает ладони рупором и орёт в сторону группы:
— Я не знаю, кто вы, ребята, но я вас люблю!
Вокалист смеётся в ответ.
— Привет, мэм. Я Хэнк, а это наша группа The Mighty Longhorns.
— Ужасное название! — выкрикивает гитарист, вызывая волну смеха в толпе.
Я поворачиваюсь к Би.
— Нам нужен Джонни Кэш, как думаешь?
— Да блин, нам срочно нужен Джонни Кэш! — Дотти выкапывает двадцатку из сумки и протягивает мне. — Попроси у них свою любимую песню.
Улыбаясь, я поднимаю купюру и бросаю её в красное пластиковое ведро возле микрофона вокалиста.
Он наклоняется ко мне.
— Что хочешь услышать?
— «Ring of Fire», пожалуйста.
Он улыбается.
— Без проблем, милая.
Бар взрывается аплодисментами и свистом, как только звучат первые мощные ноты песни. Би взвизгивает. Дотти топает ногами. Мы с ней вместе орём слова на весь зал.
Я закрываю глаза и позволяю музыке унести меня туда, где мне и хочется быть — сюда, в этот момент. Полностью здесь. Я концентрируюсь на улыбке на своём лице, на том, как ноют щёки и как колотится сердце. Я пою и танцую, ощущая вокруг других людей, двигающихся под музыку. Виски приятно разливается по животу и ногам. Би, а я узнаю её по визгу, толкает меня бедром.