Рагварт. О, боги… Рагварт. Я видел лишь край его развороченного щита и окровавленную руку, беспомощно лежащую на земле. Он принял на себя главный удар, прикрыв других. Как и положено мечнику. Как и положено другу.
Весь отряд… Весь мой первый и единственный отряд, мои братья по оружию, те, кто принял меня, поверил, пошёл за мной на верную смерть… Все они лежали здесь, на этом проклятом, перепаханном поле. Их жертва не была напрасной — Оплоты уничтожены, город спасён. Но эта мысль не приносила ни облегчения, ни утешения. Лишь леденящую, всепоглощающую пустоту и чувство вины, которое сдавило горло тугим узлом.
«Грустить буду потом», — прошипел я сам себе, с силой сжимая кулаки и чувствуя, как ногти впиваются в ладони. Острая боль немного вернула ясность мыслей. «Сейчас нужно выжить. Нужно, чтобы их жертва не стала напрасной. Ради них».
Я подполз к тому, что осталось от последнего, девятого Оплота. Гора щепок и потухших камней. Я даже не смотрел, что делаю. Руки сами, наработанным за этот день автоматизмом, потянулись к самым крупным, самым странным на вид обломкам.
В инвентарь. Мысленная команда — и мои трофеи исчезли, пополнив коллекцию системного хлама. Сегодня я делал так после каждого боя. Собирал всё, что могло показаться ценным, не анализируя, не задумываясь, на это совершенно не было времени.
Принявшись отползать от развалин, я заставил себя сделать то, чего боялся больше всего. Я пополз от одного тела к другому, заглядывая в лица, приставляя дрожащие пальцы к запястьям, ища хоть малейший признак жизни, хоть слабый пульс. Глухую, безумную надежду, что хоть кто-то…
Брэнн. Холодный. Кожа восковая, безжизненная.
Лиор. Пустые, остекленевшие глаза уставились в небо.
Кэрвин. Ничего. Только тишина.
Рагварт… Нет. Его не стало.
Отчаянный, животный стон вырвался у меня из груди. Я рухнул лицом в землю, впиваясь пальцами в мерзлую почву. Слёз не было. Была лишь всесокрушающая, бескрайняя пустота.
И тогда мой взгляд упал на Эдварна.
Он лежал поодаль, на спине. Его кираса была разорвана в клочья, из-под неё сочилась алая кровь, смешиваясь с чёрной грязью. Его лицо было страшно бледным, почти синим.
Я почти не надеялся. Подполз, затаив дыхание. Его амулет висел на шее, но это была уже простая деревяшка. Дерево потускнело, покрылось паутиной трещин и рассыпалось у меня в пальцах при прикосновении, также, как и стальные амулеты членов отряда до этого. Их аура исчерпала себя до дна, как и всё остальное здесь. Но мой амулет был все еще цел… Возможно потому, что был сделан собственноручно, а не системой? Это была еще одна загадка к куче уже имеющихся, но в данный момент мне было на это плевать.