Мы залегли в последнем укрытии — глубокой воронке от взрыва. Наши амулеты едва теплились. Маскировка вот-вот должна была развеяться.
— Последний рывок, — выдохнул Эдварн, и в его голосе впервые за всю операцию прозвучала усталость. — Работаем по схеме. Быстро и…
Он не договорил. Потому что в этот момент ритм дал сбой.
Девятый Оплот, в отличие от своих собратьев, не стал дожидаться полного истощения. Он начал новый призыв, едва оправившись от предыдущего. Зелёный свет в его недрах вспыхнул яростно и преждевременно. И в этот же миг один из воронов, самый крупный, резко повернул свою уродливую голову в нашу сторону. Его остекленевшие глаза, похожие на куски мутного зелёного льда, уставились прямо на меня. Прямо через дымку амулета. Он что-то заподозрил. Учуял. Увидел.
Раздался пронзительный, леденящий душу вопль — не тревоги, а ярости. И всё понеслось в ад.
План рухнул в одно мгновение. Стража не отвлеклась. Она атаковала.
Два ворона взмыли в воздух, их тени накрыли нас. Три волка с низким рыком рванули вперёд, сметая всё на своём пути.
— К бою! — заревел Эдварн, и его крик был полон не команды, а отчаяния.
Аура амулетов погасла окончательно. Мы снова стали видимыми. Шесть смертельно уставших людей против пяти разъярённых чудовищ и просыпающегося Оплота.
Начался хаос.
Кэрвин выпустил стрелу в ближайшего ворона. Она вонзилась ему в шею, и чудовище с писком рухнуло в стороне, хлеща крыльями по земле. Но это не остановило остальных.
Лиор и Брэнн встретили волков. Звук удара топоров о кость и древесную броню слился в один сплошной грохот. Один из волков успел вцепиться Брэнну в плечо, прежде чем Лиор не снёс ему голову. Брэнн, рыча от боли, отшвырнул тушу и ринулся на другого.
— Рагварт! Прикрой! — крикнул Эдварн, отражая лапу одного из волков, нападающего на него.
Но было уже поздно.
Последний живой ворон, тот самый, что первым нас заметил, спикировал не на Эдварна. Он камнем упал на Рагварта. Мечник поднял щит, но удар был чудовищной силы. Когти, похожие на кривые кинжалы, пронзили сталь и плоть, вырывая кусок щита и руки вместе с ним. Рагварт закричал — коротко, страшно — и рухнул на колени. Ворон клювом добил его, пробив шлем и череп.
— НЕТ! — закричал кто-то. Возможно, это был я.
Но некогда было скорбеть. Следующей цельюю ворон выбрал лучника и налетел на Кэрвина. Мужчина попытался увернуться, но крыло ударило его с такой силой, что он слетел с ног и ударился головой о камень. Он затих мгновенно.
Мы остались втроем против ворона и двух волков, которые, расправившись с Брэнном — могучий воин упал, истекая кровью из десятка ран, — теперь обратили внимание на нас.