Стража — три огромных заражённых волка с облезлой шерстью и проступающими из-под неё древесными «панцирями» — встала как вкопанная. Их головы повернулись к своему повелителю, глаза засветились ярче, следя за актом творения. Это был миг полного отвлечения.
— Сейчас! — шипение Эдварна было едва слышным, но оно срезало тишину, как лезвие.
Мы рванули вперёд, как одна тень. Наши амулеты дрожали, их аура колебалась от скорости движения, но пока держалась.
План был выверен до миллиметра.
Мы накрыли волков, пока те ещё смотрели на рождающихся монстров. Брэнн и Лиор, движущиеся как одно целое, атаковали с флангов. Не было никаких криков, только свист стали и глухой, костный хруст.
Брэнн, могучий и невероятно тихий для своих размеров, использовал не мощь, а точность. Его топор описал короткую, молниеносную дугу и вонзился не в шею, а в основание черепа первого волка. Удар был рассчитан так, чтобы перебить позвоночник и не дать твари даже взвыть. Зверь рухнул на землю, беззвучно дергаясь.
Лиор, высокий и сухопарый, действовал своим топором как скальпелем. Он сделал шаг вперёд, увернулся от машинального взмаха лапы второго волка и ответным движением, плавным и смертоносным, пронзил зверю глазницу, дойдя до мозга. Волк замер и медленно осел.
Я отвечал за третьего. Пока Эдварн координировал атаку, я активировал «Меткий бросок». Вся сила «Закалённой Плоти», вся концентрация воли перетекла в руку. Топор вылетел, сверкнув в тусклом свете, и сочным щелчком угодил волку в открытую пасть, пробив горло и перерубив позвонки. Зверь свалился без звука.
Всё заняло меньше пяти секунд. Три стража были мертвы, даже не поняв, что подверглись нападению.
Тело чудовища-дерева перед нами всё ещё пульсировало остаточной энергией, но свет внутри него был тусклым, почти угасшим. Он был уязвим.
— Кэрвин, прикрывай! Остальные — на него! — скомандовал Эдварн.
Лучник занял позицию, его взгляд метнулся по периметру, выискивая угрозы. Мы же впятером обрушились на Оплот.
Здесь не нужна была тонкость, лишь сила и скорость. Мы били по одному и тому же месту — в основание, где толстые корни уходили в землю. Эдварн использовал «Боевой Размах», его топор со свистом врезался в древесину, оставляя глубокие, сочащиеся зелёной жижей раны. Брэнн и Лиор работали методично, как дровосеки, валящие вековой дуб. Их топоры взлетали и опускались в чётком, смертоносном ритме.
Я присоединился к ним, вкладывая в каждый удар всю ярость и отчаяние. Мой Топор в руках пульсировал — Мимио вкладывал в удары всю свою энергию, всю свою ненависть к этому извращению жизни. Древесина трескалась, ломалась, из ран хлестала едкая, обжигающая слизь.