Но вдруг с башни на стене грянул залп. Огненный шар с воем пролетел над нашими головами и разорвался прямо перед волком, осыпая его горящими осколками и смолой. Чудовище взвыло от боли и ярости и ринулось прочь от нас, к стене, к источнику новой угрозы.
Это был знак. Знак того, что Горст следил за нами. И прикрывал. Не теряя ни секунды, я махнул рукой, и мы бросились вперёд.
Туда, где нас ждала смерть. И мы сами бежали ей навстречу.
Воздух в тылу вражеской армии был другим. Непроглядная, удушающая мгла, пропитанная запахом влажной земли, гниющей плоти и сладковатым, тошнотворным душком чего-то древнего. Грохот битвы у стен города доносился сюда приглушённым, искажённым гулом, похожим на отдалённый рокот разъярённого моря. Мы стояли в самом сердце кошмара, и тишина вокруг была зловещей, натянутой, как тетива перед выстрелом.
Мы пробились сюда сквозь хаос, словно призраки, обёрнутые аурой «Дубовых Щитов». Наши тела были размытыми тенями, наши шаги не оставляли следов на изуродованной земле. Но теперь, достигнув цели, мы затаились за грудой оплавленных камней, бывшей когда-то, возможно, фермерским домом. И перед нами открылась панорама, от которой стыла кровь в жилах.
Великий Лес не просто наступал. Он укоренялся. Превращал плодородные поля в часть своего чудовищного организма. И ядрами этой новой экосистемы, её опорными узлами, её живыми бастионами были они — Корневые Оплоты.
Их было девять.
Девять колоссов из переплетённых корней, живой древесины и каменной породы, вросших в землю так глубоко, что казались её неотъемлемой частью. Каждый разросся до высоты трёхэтажного дома, пульсирующий тусклым, зловещим зелёным светом из многочисленных трещин в своей коре. От них в землю уходили толстые, как туловище быка, корни-канаты, а в небо тянулись щупальцеобразные ветви, с которых, словно перезрелые, чудовищные плоды, срывались и падали вниз, чтобы тут же ожить, новые порции Лесной Поросли и Скользней. Они были фабриками смерти, бесконечным конвейером по производству кошмаров.
Но сами по себе они были уязвимы. Медлительны и неповоротливы. Их защищала стража. Рядом с каждым Оплотом, словно у подножья трона демонического императора, лежали или медленно патрулировали территорию заражённые звери. Искалеченные, покрытые древесными наростами волки размером с телёнка, медведи с когтями из заострённых сучьев, кабаны, чьи клыки напоминали острые корни. Их глаза светились тусклым, больным зелёным светом, а из раскрытых пастей капала ядовитая слюна, прожигающая землю.
— Девять точек. — тихо, едва шевеля губами, прошелестел Эдварн. Его лицо под шлемом было влажным от пота, но взгляд оставался ледяным и собранным. — На всех не хватит ни сил, ни времени. Аура амулетов на исходе.