Правда сделала она это не из благих намерений, а потому что по её же словам она “ отдохнула и была готова говорить”.
Вот только мне было совсем не до разговоров.
Даже пусть я потеряла лишь полчаса, но по утрам у меня каждая минута была на счету.
Особенно последние полтора месяца, когда я начала помогать Сифере не только в зале, но и на кухне.
Я очень надеялась, что она переведёт меня из подавальшицы в поварихи.
Тогда бы я получала на две серебряных монеты в месяц больше и могла бы их откладывать, чтобы…
А вот здесь начинались сплошные мечты, потому что головой я понимала, что это будет очень сложно, но всё равно к этому стремилась.
Я очень хотела получить хоть какое-нибудь образование.
Сифера была права.
Я и правда каждую монетку тратила на книги.
Выйдя из приюта, я так и не купила себе ни единого нового платья или даже комплекта нижнего белья.
Все мои деньги шли на учебники, которые я покупала в надежде, что смогу сдать экзамен и поступить хотя бы в самую простую академию.
Именно в этом я видела свой единственный шанс, чтобы чего-то достичь и исполнить своё самое сокровенное желание — накопить однажды на свой собственный угол.
Место, которое будет только моим.
Откуда меня никто не сможет выгнать.
Куда никто не сможет войти без спроса.
Где мне будет спокойно и безопасно.
Место, которое я впервые смогу назвать своим домом.
Я вздохнула и помотала головой, отгоняя эти мысли.
На работе о таком думать вредно, только концентрироваться мешает.
Когда через пару часов Сифера зашла на кухню, то почти все пироги были готовы, оставалась лишь парочка в печи.
Я была очень рада, что к открытию таверны всё будет готово.
Хоть и спать хотелось невероятно, но зато не подвела, а там раскачаюсь и день пойдет нормально.
Сифера, нахмурилась, прошла вперёд и посчитала пироги.
— Хелька, ты что считать разучилась? Почему двух пирогов не хватает?
— Через двадцать минут будут готовы, — улыбнулась я ей. — Останется только из печки достать.
— И кто их доставать будет? Тебе зал пора готовить, а у меня своих дел полно.
— Я всё успею, не переживайте.
— Смотри, а то расстраиваешь ты меня, Хелька. Последние дни совсем какая-то растерянная. Я же хоть и добрая, но терпение у меня не бесконечное. Потом не обижайся.
А как мне не быть растерянной, когда за мной непонятная книга гоняется и постоянно чего-то хочет?
Вот только скажи я это Сифере, она меня точно ненормальной посчитает.
— Я исправлюсь, — пообещала я.
— Надеюсь, Хелька, ступай давай.
Я в нерешительности замерла на пороге.
— Скажите, пожалуйста, а вы ещё не подумали о моей просьбе? — тихо спросила я.