Ещё один манёвр, и вновь приходится следовать в стороне от населённого пункта.
Конечно, маскировка у нас слабовата. Три вертолёта в пустыне видны издалека. Так что приходится использовать каждый холм, низину и сопку, чтобы скрыться. И всё это в условиях, когда столь противная капля пота сползает на кончик носа.
Через несколько минут показался и центр мухафазы Идлиб. Одноимённый город со стотысячным населением не был в огне и дыму. Всё было спокойно. Но на горизонте в районе Алеппо и далее на север были видны столбы дыма. Война уже совсем близко.
— А эти куда? — спросил Кеша, наблюдая, как по дорогам из Идлиба движутся колонны машин.
И это были не беженцы.
— Передислокация? — нагнулся Виктор через центральный пульт к остеклению кабины.
— Почти. Есть другое слово, — сказал я.
По нескольким дорогам на юг к базе Абу-Духур двигались колонны бронетехники и грузовых машин. И скорость у них была не маленькой. С некоторых, как я заметил, по ходу движения даже флаг Сирии слетел.
— Драпают, что ли⁈ — удивился Кеша, взглянув на меня.
— Похоже на то, — выдохнул я.
Дверь в кабину вновь открылась, и позади Виктора появился взмокший Чагаев. Куртку от лётного комбинезона он снял, оставшись в футболке. Василий Трофимович похлопал бортового техника по плечу, и Витя уступил генералу место, передавая гарнитуру.
— Это всё из Идлиба? — спросил Чагаев.
— Да. Слева город и колонны двигаются оттуда, — ответил я.
— Мы можем сесть в Абу-Духур? — похлопал генерал своей мощной ладонью Кешу и посмотрел на меня.
— Да. Можем запросить посадку в Духуре, — произнёс я.
— Запрашивай.
Выполнить запрос на посадку в Абу-Духур было несложно. Придумать повод для внеочередной посадки можно. Тем более что с диспетчером этого аэродрома надо было связаться чуть раньше, чтобы запросить пролёт.
О пассажирах на борту я не сказал. На всю Сирию говорить, на чём летит советский генерал не стоит. И его подставим, и сами станем мишенью.
— Духур-контроль, 202-й, «точку» наблюдаю. Место посадки подскажите, — запросил я у дежурной смены на арабском.
— В район первой рулёжки. Оттуда руление на стоянку.
При первом взгляде на лётное поле очень сложно понять, на какую именно стоянку. На базе много МиГ-23, Су-22 и несколько «ветеранов» МиГ-21.
И где в самом конце имеется угол с мирно стоящими Ми-24 и парой Ми-8. Но охраны у этих вертолётов многовато.
— 10-й, посадку за мной рассчитывайте, — дал я команду Хачатряну.
— Понял. «Точку» тоже наблюдаю, — ответил в эфир Рубен.
Как только вертолёт коснулся бетонной поверхности рулёжки, меня вновь позвал Чагаев.