— Ну почему же «ничего определенного»? — парировал генерал Канробер, — я, например, получил от артанского князя письмо, в котором он гарантировал свое ненападение в ответ на наше ненападение на любые русские или артанские части. По большому счету нас намереваются отпустить домой, во Францию, при оружии и артиллерии, но без трофеев. Артанский князь понимает, что мы люди подневольные и самостоятельно не имеем возможности отдать войскам приказ оставить Крым и вернуться во Францию, поэтому он обещает, что сам лично проведет с нашим монархом воспитательную работу…
— А не слишком ли большой нахал этот ваш Артанец? — проворчал Пелисье, — императора он собрался воспитывать…
— Думаю, — сказал генерал Мишель Бизо, — что Императора изрядно впечатлит, если парочка «железных слоников» от души порезвится у него в саду Тюильри. Не надо стрелять из пушек или вытворять что-то в этом роде, достаточно выкорчевать с корнем пару гектаров парка.
— Так вы думаете… — приподнял левую бровь генерал Пелисье.
— Да, мой дорогой Жан-Жак, — подтвердил Мишель Бизо, — я уже почти уверен, что Артанец в любой момент может ввести свои войска куда угодно, хоть в императорскую спальню. Но он этого никогда не сделает, потому что где-то там, в другом мире, тамошняя Франция является его союзником, и именно поэтому нас довольно деликатно отгоняют от добычи, а британскому бульдогу в то же самое время начисто высадили зубы ударом приклада.
— Возможно, вы и правы, — согласился генерал Канробер, — но из этого следует, что нам необходимо внести изменения в текущую диспозицию, приведя ее к виду, более пригодному для эвакуации на родину.
— Да что вы говорите, месье! — возмутился генерал Ниель, — его императорское величество никогда не поддастся на шантаж какого-то Артанца — всего лишь князя, а не короля или императора!
— Сказать честно, — сквозь зубы произнес генерал Бизо, — наш Император довольно-таки легковесный человек, и если бы не его достаточно условное родство с императором Наполеоном Первым, ему бы никогда не подняться выше обычного газетного писаки…
— Прекратите эти дурацкие разговоры, месье Бизо! — сказал генерал Канробер, — мы все тут давали присягу и верно служим Императору, и, если надо, без единого стона готовы отдать за него свою жизнь. И в то же время, месье Ниель, вы должны помнить, что сейчас наша армия оказалась разрезана на две изолированные части. При этом второй корпус генерала Мак-Магона отрезан не только от первого корпуса генерала Пелисье, но и от нашей базы в Камышине (временный город в Камышовой бухте с театром, полицейским участком, тюрьмой, публичным домом и, самое главное, модными магазинами), а значит, отрезан от снабжения. Поэтому нам необходимо искать способ воссоединения частей нашей армии. Ведь не будем же мы каждый раз договариваться с русскими и артанцами, посылая обоз от одной части армии к другой.