— Почему вы так считаете?
— Они в своё время блистательно разбили в Восточной Пруссии парочку наших армий и могут запамятовать, что сейчас лето восемнадцатого, а не осень четырнадцатого. А такая забывчивость чревата. Кроме того, неизбежна утечка информации. Лондон и Париж всполошатся, и тогда России придётся на деле доказывать нелепость подобных слухов. Как именно — вы понимаете. Поэтому весьма желательно не ставить в известность о нашем визите вообще никого, включая начальника вашего штаба генерала Гофмана.
— Но позвольте… В случае обращения ко мне, как к представителю кайзера, большевиков, я, даже встав на вашу сторону, при всём желании не смогу ничем вам помочь. Равно как и умолчать об их заманчивых предложениях, — и Виттельсбах развёл руками. — Единственное, что в моих силах, — настойчиво рекомендовать своему императору отказаться от сотрудничества с ними. Однако в конечном итоге решать Берлину.
Голицын улыбнулся.
— Вы сказали: «встав на нашу сторону». Смею ли я надеяться, что вы действительно встали на неё?
— Всё, вами сказанное, звучит достаточно логично. Было бы глупо с моей стороны не прислушаться к голосу разума. Тем более, оно сулит определённые выгоды для рейха, — осторожно сказал Виттельсбах.
— Я рад, что вы заняли правильную позицию. Это главное. А дабы ваши рекомендации оказались поувесистее…
И Голицын посоветовал уже завтра связаться с Вильгельмом, уверив его, что приостановленную отправку войск на Западный фронт можно смело продолжить. Дескать, получены достаточно убедительные сведения: до конца зимы русские войска не предпримут никаких боевых действий против Германии. Следовательно, Виттельсбаху вполне хватит четверти дивизий, входящих ныне в состав Восточного фронта.
Учитывая, сколь остро Людендорф именно теперь, готовя очередное наступление, нуждается в резервах, за предложение генерал-фельдмаршала в Берлине ухватятся, не интересуясь подробностями.
Тогда позже, когда большевики обратятся к немцам, Виттельсбах напрямую заявит Вильгельму, что если тот пойдёт на соглашение с Петроградом, неизбежно последует скорое наступление русской императорской армии. И фельдмаршал со столь жалкими остатками войск окажется не в силах сдержать её натиск. На возмущение же кайзера он может преспокойно ответить, что гарантировал ненападение со стороны России без учёта договора Германии с врагами царя.
Виттельсбах задумчиво слушал, не говоря ни слова. Сам же прикидывал в уме ситуацию. Нет, расчёт русских был абсолютно точен. Людендорф действительно ухватится. Помнится, всего две недели назад тот сам выходил с ним на связь и не просил — умолял его изыскать резервы.